Сладкая парочка
Старшие кошки дрыхнут, а я им мешаю.
Развернуть1
–
Я ещё шмыгала носом после проводов Келли, как в телефоне раздалось: "Мааам! Тут кошка на улице."
Ну уж нет. Вот так сразу? Брать, а потом отрывать кусочки сердца?
- Она наверное, где-то живёт. - я собиралась стоять как скала. - На улице лето, недалеко дачи, мы не можем собрать всех.
В телефоне блямкнула долетевшая фотка. Кошка как кошка. Что я, кошек не видела?
Я вышла из лифта после работы. На лестнице в подъезде стояла коробка, в ней что-то копошилась. Рядом сидел сын и смотрел на меня.
- Дай хоть посмотрю, что притащил. - я заглянула в коробку и вытащила кошку поближе. Да что ж такое-то! Кошачий пушистый скелет со здоровенным пузом висел в руке. Пушистая, вот почему выглядела на фотке нормально.
- Неси в клинику, скажи, что я сейчас подойду. - сначала нужно переодеться, мало ли что.
Из ветклиники позвонили через десять минут. Они курировали спасённого бигля Келли и телефон им был известен.
- А вы в курсе, что кошка беременная? - да, я была в курсе. Сделайте осмотр, я сейчас подойду.
- Ну, недели две до родов, а пока подкормить и витаминки.
Скелетик кошки-подростка обманул даже ветеринаров. Неделя нормальной кормёжки сделала своё дело. Утром я проснулась от возни в пододеяльнике. Ну конечно, где ещё котят рожать, как не у меня под боком? Вот даже не говорите ничего, но она знала куда попадать - котята точно были дизайнерские.
Хорошо, что клетку не убрали от нашей мартышки Келли. Пандора (а это теперь была она) сказала, что нагрешить нагрешила, но исправляется. Распушившившийся подросток гонял всех. "Мы хотим навредить детям!" - шипела она и бросалась в бой.
Котята росли, пора было приучать к корму. Наваляв всем налево и направо, Пандора отодвигала котят от миски и говорила, что кормят тут вкуснее. "А этим и молока хватит!" - она облизывалась. Мамочку закрывали в клетке, она рвала сетку и ругалась.
- Так, пора раздавать! - мелочь подросла, а держать дома кошачий питомник я не собиралась. В субботу, с милейшей корзинкой, выстланной голубым искусственным мехом и бантиком сверху мы шли на улицу, где все совершали променад семьями. Отдавать всех сразу было нельзя - молоко поступало исправно, нужно всё делать постепенно.
Оставался белый котёнок. И Пандора. Вечером она не бежала к миске, грустно смотря на меня. "Вы всё испортили." - она положила голову на диван. Блин! Пузо с сосками было твёрдым как камень. Мы мчались к ветеринару.
Окрепшая кошка не собиралась сдаваться просто так - замотанная в одеяло с торчащей филейной частью, она прицельно пускала струю. Искусанная, с перебинтованными руками, я мазала ей пузо ярко-жёлтым лекарством и перематывала. Котёнка подпускать было нельзя. Какой ребёнок не тянется к маме? Пара утыканий маленькой морды - и белый котёнок превратился в канареечно-жёлтого.
"Это порода такая, в батю, наверное пошёл." - шутила я наизнос, сидя с корзинкой, с подозрением оглядывая кандидатов в усыновители. Фиг я кому попало такого клёвого котёнка отдам.
Пандора сказала, что теперь она царь горы, и вообще нефиг было ценный корм на мелких переводить. Квинтэссенция кошки, она осталась жить у нас. Она исправно роняет всё небрежно положенное, ворует еду, рассказывая что её здесь не кормят и гладится только по своему желанию.
И котиков вам в ленту с утра. )
Развернуть5
–
