Девочка и медведь, Чукотка, 1975 год.
В связи с тестированием сетевых блокировок в РФ на стороне нашего хостинг-провайдера наблюдаются проблемы с сетью. Сайт может работать нестабильно. Проблема известна, ожидаем восстановления маршрутов.
.Гуляя по Талице увидела портрет знаменитого разведчика и не смогла пройти мимо.
Свердловская область. Город Талица.
Николай Иванович Кузнецов (при рождении Никанор) - советский сотрудник органов государственной безопасности, советский разведчик и партизан, лично ликвидировавший 11 генералов и высокопоставленных чиновников оккупационной администрации нацистской Германии. Герой Советского Союза.
Он родился в крестьянской семье 14 (27) июля 1911 в Зырянке (Зырянка - деревня в Талицком городском округе Свердловской области, Россия. ), Екатеринбургский уезд, Пермская губерния.
Полную биграфию можно прочесть здесь или здесь, а так же можно почитать этот пост на Пикабу. Я же хочу упомянуть только некоторые факты.
Кузнецов имел незаурядные языковые способности. Когда Кузнецов обучался в Талицком лесном техникуме, он стал самостоятельно изучать немецкий язык, в итоге овладев им в совершенстве (позднее в ориентировке абвера указывалось, что он владеет шестью диалектами немецкого языка). Кроме того он изучил эсперанто, польский, коми и украинский языки.
Николая
Ивановича дважды исключали из комсомола. В первый раз в 1929 г., по
обвинению в «белогвардейско-кулацком происхождении». Второй раз, когда
Кузнецов работал таксатором,
обнаружив, что коллеги занимаются приписками, сообщил в милицию. Суд
приговорил расхитителей к срокам по 4-8 лет тюремного заключения, а
Кузнецова — к году исправительных работ с удержанием 15 % зарплаты (при
этом его снова исключили из комсомола).
Кузнецов никогда не был членом коммунистической партии.
В
столице рейхскомиссариата г. Ровно за 16 месяцев Кузнецов уничтожил 11
высших чинов оккупационной администрации. Но терроризм не был основной
задачей разведчика. Главной задачей Кузнецова было добывание
разведданных. Он один из первых сообщил о грядущем наступлении
гитлеровцев на Курской дуге, определил точное местонахождение ставки
Гитлера «Вервольф» под Винницей.
Свою последнюю
акцию Кузнецов совершил 12 февраля 1944 года в 18 километрах от Львова,
когда у него проверяли документы у села Куровичи. Им был убит майор
фельджандармерии Кантер. Дальнейшая судьба Кузнецова оставалась неясной в
течение нескольких месяцев. В последующем появилась информация о его
гибели, но до сих пор его судьба точно не выяснена.
Похоронен
Н. Кузнецов на Холме Славы в г. Львове. В 1984 году его именем был
назван молодой город в Ровенской области. Николаю Кузнецову были
поставлены памятники в Ровно, Львове, Екатеринбурге, Тюмени, Челябинске.
Он стал первым сотрудником внешней разведки, удостоенным звания Героя
Советского Союза.
Книги, в которых упоминается Кузнецов Николай Иванович.
«Это было под Ровно» (1948) Д. Н. Медведева (в книге Кузнецов показан как герой-подпольщик, храбрый партизан, но не упоминается его отношение к органам НКВД).
«Сильные духом», роман Д. Н. Медведева.
«Человек, который не знал страха». Бранко Китанович.
«Так начиналась легенда». Геннадий Константинович Конин.
«Разведчик Николай Кузнецов». Виктор Иванович Кузнецов и Лидия Ивановна Брюханова.
«…И стал разведчиком». Виктор Иванович Кузнецов и Лидия Ивановна Брюханова.
«Отряд особого назначения». Семёнов Валентин Гаврилович (связной разведчика).
«Прыжок в легенду». Николай Гнидюк.
«О чём звенели рельсы». Николай Гнидюк.
«Поединок». Терентий Новак.
«На берегах Горыни и Случи». Николай Струтинский.
«Подвиг». Николай Струтинский.
«Чекист». Альберт Цессарский.
«Записки партизанского врача». Альберт Цессарский.
«Николай Кузнецов. Непревзойдённая легенда». Сергей Петрович Кузнецов и Дмитрий Сергеевич Кузнецов.
«Грачев — „Центру“». Ким Петрович Закалюк (1977 г).
Фильмы, в которых показали Кузнецова Николая Ивановича.
Художественный «Подвиг разведчика» (представлен собирательный образ разведчика, действующего на территории Украины, фамилия и звание главного героя — майор Федотов), в роли — Павел Кадочников.
Художественный «Сильные духом» (1967), в роли Гунар Цилинский.
Художественный многосерийный «Отряд специального назначения» (1987), в роли Александр Михайлов.
Спектакль «Перехожу к действию» (шёл на сцене Свердловского театра драмы).
Художественно-документальная реконструкция «Диверсанты» в 4 сериях.
Художественный телесериал «По лезвию бритвы» (2014 год), в роли Кузнецова Владислав Резник.
Продолжаю серию статей посвященных когнитивным искажениям. И сегодня, на КПТшном операционном столе, «обесценивание позитивного». Встречайте!
Знаете, с каким искажением мышления я очень часто сталкиваюсь у клиентов?
Нет, не с катастрофизацией. Не с «долженствованием». Не с угадыванием мыслей других. Нет!
А с этим подлым, прячущимся в тени зверьком — обесцениванием позитивного.
Он тихий. Не орёт. Не топает. Не ломает мебель. Он просто приходит. И начинает выносить тебе мозг. Мягко. Вкрадчиво. Будто и не он вовсе. Будто это ты сам решил, что у тебя ничего ценного нет. Что всё, что хорошее случилось — фигня. Случайность. Везение. Не считается.
— "Ну я сдал экзамен, но это потому что вопросы лёгкие были".
— "Он сделал мне комплимент? Ну, наверное, из вежливости".
— "Я выиграл конкурс? Да там никого сильного и не было".
— "Мне сказали, что я поддержал — да ладно, любой бы так сделал".
Да пошло оно всё. Не "любой". Ты. Именно ты. Сделал. Победил. Помог. Выдержал.
А ты берёшь и выкидываешь это в психо-мусорник. Нажимаешь на метафорическую педаль — щелк — и всё хорошее, что с тобой происходит, летит в небытие.
И вроде жив, но как будто без доказательств собственной ценности.
А мозг... мозг-то требует доказательств. Не абстрактных «ты хороший», а чётких: я сделал. я смог. я научился. я стал.
И вот тут-то и начинается деградация самооценки под вывеской "объективности".
Да-да, потому что это искажение ещё и маскируется под скромность, реализм, критическое мышление.
А по факту — это ментальная девальвация. Ты как Центробанк собственной жизни, который бесконтрольно печатает «банкноты достижений», а потом обесценивает их инфляцией самоуничижения.
И чем чаще ты так делаешь — тем меньше у тебя сил двигаться. Потому что зачем? Куда? Ради чего, если ты сам же через пять минут скажешь себе: "Ну и что?"
Я вот смотрю на своих клиентов. И каждый второй — гений по части игнорирования собственных успехов (да что там скромничать, я тоже грешен).
Уровень достижений — запредельный.
А внутреннее ощущение — будто они всю жизнь только и делали, что лажали.
Один человек за год поборол тревожное расстройство, начал ходить на работу, съездил один в другой город, сделал презентацию на конференции — и всё это после года агорафобии.
И знаете, что он сказал мне на сессии?
"Ну это, наверное, всё потому что тревога пока отпустила. Я не думаю, что это я справился".
Я тогда чуть кресло не съел от злости.
Это была не злость на клиента. Это злость на то, как устроена эта внутренняя ловушка.
Она не даёт радоваться. Не даёт гордиться. Не даёт закрепиться в новой реальности, где ты не просто выживший — ты победитель.
А в реальности искажённой — ты просто человек, у которого случайно получилось.
Ну, пока.
Откуда растут ноги?
А оттуда же, откуда всё мерзкое растёт — из детства, из школы, из «не выпендривайся», «всегда можно лучше», «гордиться — плохо», «сам себя не похвалишь — никто не похвалит, и правильно».
Или из семьи, где позитив — это опасно.
Похвалили? Сейчас сглазят.
Порадовался? Ну-ну. Сейчас прилетит.
Быстро расслабился — быстро получишь по голове.
А мозг учится. Он же не идиот. Он запоминает: «радуешься — больно».
И дальше — всё хорошее вырезается из ленты жизни, как брак на производстве.
В КПТ это называется "когнитивное искажение". И, чёрт побери, оно реальное, оно разрушает.
И работа с ним — это не про «позитивное мышление» в духе мотивационных коучей.
Нет.
Это про возвращение баланса.
Ты не обязан видеть мир в розовом.
Но, чёрт возьми, замечать, что ты что-то смог — это не самообман. Это правда.
Ты прошёл через это. Ты научился. Ты сделал.
И это имеет значение.
Иначе ты превращаешься в человека, который ведёт учёт только провалов.
А успехи — не фиксирует.
И угадай, какой вывод будет через пару лет?
"Я неудачник".
Не потому, что это так. А потому, что отчётность кривая.
Что с этим делать?
Ну, во-первых — поймать это искажение с поличным.
Прямо на горячем.
Вот ты подумал: "Это неважно".
Стоп. Кто решил? На основании чего? Где доказательства?
Во-вторых — начать фиксировать успехи. Даже если они кажутся мизерными.
Я заставляю клиентов записывать по три-пять «успехов» в день.
И знаете, как они скрипят?
Как будто я их прошу жевать стекло.
— "Я не знаю, что написать".
— "Ну я просто поел нормально".
— "Ну это не считается".
Да считается, мать его! Всё, что требует от тебя усилий — считается.
В-третьих — учись говорить "Я молодец" и не замирать от ужаса.
Сначала внутри. Потом — вслух. Потом — с интонацией.
Как будто ты вправду так считаешь.
(Это странно сначала. Я знаю. Но работает.)
Ты не робот. Ты не объект для вечного улучшения.
Ты живой человек, который делает чёртову кучу классных вещей.
Не идеальных. Не блестящих. Но своих. Настоящих.
И если ты не научишься это видеть — тебя никто не убедит, что ты не пустое место.
А ты — не пустое.
Ты — целый.
Даже если пока в это не веришь.
И вот теперь — несколько провокационных вопросов. Не для галочки. А чтобы ты, именно ты, начал двигаться.
Всё. Препарация окончена.
Вырубай фонарик.)))
Но перед тем как уйдёшь — напиши себе 3 вещи, которые ты сделал сегодня хорошо.
Плевать, что маленькие. Плевать, что никто не видел.
Ты — видел!!!
Будьте счастливы друзья!
Мой телеграмм-канал: https://t.me/mir_kpt где я отвечаю на ваши вопросы, провожу бесплатные консультации и делюсь своими мыслями. Так же в канале, вы можете договориться об индивидуальной консультации.
Всем доброго дня. Три недели назад я купил себе компьютерное офисное кресло Метта Samurai. В этом видео я снимаю для Вас обзор на данное кресло, рассказываю что мне в нем понравилось, а что нет. Процесс сборки данного кресла не вызвал у меня проблем и занял не более 15 минут, в комплекте был весь необходимый крепеж для данного кресла, инструмент, и даже перчатки для рук. За 3 недели уже успел насидеть в этом кресле более 60 часов, и пока только радуюсь своей новой покупке. В целом, кресло Метта Samurai оставило у меня только положительные впечатления, и я надеюсь использовать его долгие годы.
Диорамы, соответственно, про строительство железных дорог в Японии.
Музей-музеем, но уже вечерело.
На следующий день (тяпница) была финальная вылазка за витаминками и по магазам за баулом.
Цены на тару были крайне неприемлемы — китайцы выгребли всё из ходового диапазона.
Выручил нас внезапно обнаружившийся огромный комиссионный магазин. Чумодан там попользованный 1 раз достался нам за символические 5000 йен. Плюс НДС.
За сим откланяюсь и пойду спать. Мир!
Всем привет! Это новая рубрика, созданная для маленьких обзоров, пока основной контент пилится и дошлифовывется. И сегодня у нас аниме 1995 года "Исследователи руин".
Довольно неплохой комедийный микро-сериал про приключения в фэнтези-мире. Почему микро-сериал? Да он состоит всего из четырех серий по 25 минут!
Сюжет довольно простенький — две подруги Фам и Ири грабят древние руины, чтобы найти и продать артефакты исчезнувшей цивилизации. В их дуэте брюнетка Ири играет роль серьёзного лидера, а блондинка Фам — придурковатой помощницы. Ири нужен особый артефакт "Великая сила", чтобы избавиться от проклятия. По пути они встречают конкурентов, с которыми сближаются, когда на их пути встаёт ЗЛО. Злодейское зло из старых аниме. Хотя тут даже есть раскрытие главного злодея, его мотивации и почему он таким стал.
Немного фансервиса, немного юмора, хорошая рисовка и увлекательный сюжет — вот рецепт этого аниме. Конечно, здесь нет ничего сверхъестественного, и можно обвинить некоторые сюжетные повороты в клишированности, но с ним вы приятно проведёте вечер.
P.S. Их конкуренты — ну вылитая команда R из "Покемонов"! Только Мяута не хватает.
В 1405-1433 годах китайский флотоводец Чжэн Хэ совершил семь грандиозных морских экспедиций, которые на десятилетия опередили эпоху Великих географических открытий в Европе. По приказу императора Юнлэ он отправился с "дипломатией даров" к правителям и народам Юго-Восточной Азии и Индийского океана.
Флот Чжэн Хэ включал до 300 кораблей с 30-тысячным экипажем. Среди них были гигантские 9-мачтовые "корабли сокровищ" длиной более 120 метров — намного крупнее каравелл Колумба и галеонов Магеллана. Они могли брать на борт до 1 000 человек и были оснащены новейшими навигационными приборами, включая компас.
Эскадры Чжэн Хэ совершили беспрецедентное плаванье, посетив более 30 стран от Явы и Суматры до Цейлона и восточной Африки. Всюду китайцы привозили щедрые дары, закупали диковинные товары, основывали колонии и вассальные государства. Сам Чжэн Хэ привез ко двору жирафов, львов, страусов и даже "единорогов" (вероятно, носорогов).
Но внезапно эти амбициозные экспедиции прекратились. Консерваторы при дворе сочли их слишком дорогими и бесполезными. Записи о плаваниях были изъяты, флот — уничтожен, а Китай замкнулся в самоизоляции. Так угасли ростки китайского могущества на морях, и лидерство в эпоху Великих открытий перешло к европейцам.
Сейчас историки гадают — как сложилась бы судьба мира, если бы Китай продолжил экспансию?
Я пригласил Елену на танец, когда впервые увидел ее пятнадцать лет назад. Вопреки советам друзей, в то время как мы стояли на подступах к школьному спортзалу, украшенному алыми сердечками и вырезанными из плотной бумаги купидонами для ежегодной вечеринки в честь Дня святого Валентина.
Мы, должно быть, выглядели нелепо в кожаных куртках-бомберах, которые отказывались снимать. Мы старались держаться как можно спокойнее, несмотря на то, что комната была заполнена до отказа другими студентами. В результате тепло тел в сочетании с плохой вентиляцией сделало помещение еще более жарким и влажным, чем вьетнамские джунгли. Все толпились вокруг чаши с пуншем, выпивая стакан за стаканом и отчаянно пытаясь не потерять сознание от теплового удара.
В любое другое время своей жизни я бы с насмешкой отнесся к этой вечеринке и ее посетителям. Крутые парни не танцуют, в конце концов. Вечеринки были для слабых людей без личности. Люди, которых легко впечатлить яркими огнями и громкой музыкой, прикрывающей их от неспособности завязать разговор.
Но в этот момент, когда мои глаза встретились с ее глазами на танцполе, не существовало другого места в этом чертовом мире, где бы я хотел быть. Сам дьявол не смог бы оторвать меня от вновь обретенной красоты происходящего вокруг.
– Куда это ты собрался? - спросил Майкл откуда-то справа.
– Братан? - Уилл схватил меня за левую руку.
– Мне нужно поговорить с той девушкой, - отвечаю я, не отрывая от нее взгляда.
– Которой? - Майкл просканировал комнату, следя за моим взглядом. - С Еленой?
Я слышу, как позади меня смеется Уилл, как будто то, что сказал Майкл, было самой смешной вещью в мире. Вырываю руку из хватки и поворачиваюсь, чтобы взглянуть ему прямо в лицо.
– Не понимаю, что смешного? - рычу я.
– Остынь, - говорит он, улыбаясь и кладя руку мне на плечо, - Ты здесь всего несколько месяцев, так что еще не всех знаешь.
– И что? - рычание переходит в выражение искреннего любопытства.
– Так вот, - подхватывает разговор Майкл - Это Елена Доминго, и ты зря тратишь свое время.
– Почему? - поворачиваюсь я, чтобы сосредоточить на нем все свое внимание.
– Потому что она неприступна, вот почему! - Он пожимает плечами - Каждый парень в школе пытался подцепить ее в какой-то момент, начиная с седьмого класса, и потерпел неудачу. - Половником он наливает еще одну чашку пунша и протягивает ее мне. - Мы пытаемся избавить тебя от унижения.
Я беру чашку, а он продолжает.
– А вон та Саманта в платье с глубоким вырезом... Она на тебя запала. Легкая добыча.
Я смотрю на Саманту, которая действительно разглядывает меня среди своих друзей, поправляя свои светлые волосы и улыбаясь.
– Не интересно. - Говорю я и одним залпом выпиваю стакан. - Увидимся позже, ребята.
Бросаю стакан через плечо и направляюсь к Елене.
– Не говори, что мы тебя не предупреждали! - окликает меня сзади один из них. Музыка заглушает голоса с каждым шагом, который приближает меня к ней, делая невозможным различить их. Впрочем, меня это и не волнует. Чем ближе я подходил к ней, тем сильнее порхали бабочки в моем животе, переполняя меня эмоциями.
В воздухе висел тяжелый запах одеколона, которым мальчики-подростки, похоже, заменяют ванну. Жара, с которой я боролся всего несколько секунд назад, сменилась ощущением холода. Руки замерзли, так как большая часть крови прилила к сердцу, чтобы помочь ему биться в груди.
К тому моменту у меня уже было несколько девушек, но, судя по тому, как кружилась моя голова, она могла быть первой, на кого я положил глаз.
Красота - это скорее барьер, чем приглашение, и противоположный магнетизм, который она излучала, сигнализировал каждой клетке моего тела, что нужно бежать, прятаться, что я ее не заслуживаю. Впервые за всю свою самозабвенную жизнь я почувствовал себя недостойным чего-то.
С трудом сглатываю, глядя на нее. Завороженно смотрю на черные волосы, ниспадающие на ее плечи. Тихо молю Бога о том, что если она примет мое приглашение, то я сделаю все, что в моих силах, чтобы стать лучшим для нее.
Должно быть, в какой-то другой жизни я сделал что-то, что порадовало его, потому что, к моему изумлению, она приняла приглашение. Я смотрел, как мои друзья стоят там, где я их оставил, с открытыми ртами, пока я вел девушку за руку на танцпол. Только что началась какая-то спокойная мелодия, которую я и по сей день не могу вспомнить, скорее всего, потому, что я сосредоточился на том, чтобы коленки не подкосились.
Я опустил взгляд на руку, которую собирался положить ей на талию, и остановился, чтобы убедиться, что она не запачкана. Забавная привычка, которой я придерживаюсь уже 15 лет. Прижимаясь к ней, пока мы раскачивались, я смотрел в ее глаза, как будто она видела меня насквозь, и все, что я мог сделать - это вернуть ей улыбку, потому что слова меня бы точно подвели.
Именно об этом я вспоминал, пока она смотрела на меня со всей любовью, какая только есть в мире. Держа ее на руках, я вытер окровавленную руку о рубашку, чтобы не испачкать ее еще больше. Магнум, из которого я выстрелил ей в грудь, бессильно валялся на полу, напоминая о том, что прошедшие мгновения были реальностью.
Она вытерла слезы с моего лица и улыбнулась сквозь сбивчивое дыхание.
Это я должен был умереть.
Рак - это чертовски неприятно, если о нем вам говорит врач. Это обычное слово, которое почти каждый человек слышит в разных контекстах в тот или иной промежуток времени. Но только когда его произносят в форме диагноза, ты по-настоящему понимаешь всю его серьезность. Все слова, произнесенные врачом до этого, и все последующие были неразборчивы, но рак звучит громко и отчетливо.
Я наблюдал как она готовит ужин через кухонное окно, когда вернулся с приема. Не знаю, сколько времени я простоял на улице под снегопадом, но, должно быть, долго, потому что она подошла к телефону, лежавшему на стойке, чтобы позвонить мне.
Куртку я оставил где-то в больнице, так как вышел оттуда в оцепенении. Белая футболка, в которую был одет, стала прозрачной, прилипая к мокрому телу, обнажая покрасневшую кожу, которая приближалась к обморожению. В заднем кармане зазвонил телефон, и она наконец подняла глаза, наконец-то заметив меня.
Входная дверь распахнулась, и она бросилась ко мне. Увидев, как она снимает свитер, чтобы накинуть его на мои плечи, все эмоции, которые я подавлял, нахлынули волной.
Я упал на колени и зарыдал в ее объятиях, пока она гладила мои волосы. На губах ощущался вкус соли, и я не мог понять, ее это слезы или мои.
Из всего, что я ей сказал, помню только «поджелудочная железа» и « прости».
– Я люблю тебя! - это все, что прозвучало в ответ.
Последовавшие за этим дни были самыми мрачными в моей жизни. Трудно сказать любви всей своей жизни, что ты умираешь. Еще труднее сказать, что ты отказываешься от лечения.
Я не мог смириться с мыслью о химиотерапии. Не только из-за мучений, которые это причинит моему телу, но и из-за бремени, которое придется нести Елене. Процент успеха был так мал, что казалось, это только продлит ее страдания.
Она плакала, кричала, обвиняла меня в том, что я добровольно бросаю ее, и единственное, что, казалось, возвращало ее назад - это заключить ее в свои объятия, пока все не утихнет.
– Не оставляй меня, - умоляюще шептала она, - пообещай, что будешь бороться.
– Мне не нужно бороться, - шептал я, целуя ее и терзая свое разбитое сердце. - Я уже победил.
В те дни она не отходила от меня ни на шаг. Мы проводили каждое свободное мгновение, прижавшись друг к другу в постели, вдыхая друг друга. Внешний мир и его обитатели перестали для нас существовать. Каждый день, когда я открывал глаза, я вздыхал с облегчением, что могу снова увидеть ее.
В последующие дни Елену охватило наваждение. Она ждала, пока я усну, чтобы без устали листать книги и без устали искать в Интернете все, что можно сделать для моего спасения.
Мне было больно видеть ее в таком состоянии, но это занимало все ее время. Каждая минута, проведенная за чтением, была спасением от слез, так что в каком-то смысле я был благодарен ей за это.
Один день, проведенный без нее за несколько месяцев после постановки диагноза, был страшнее самой болезни. Проснувшись в одиночестве, я в панике шарил руками по кровати, пытаясь найти ее под одеялом. Все, что я нашел в ответ на свои усилия - это написанную от руки записку, которую она оставила на своей подушке.
Мне нужно кое-что сделать.
Скоро вернусь.
Бесконечно люблю тебя, Джеймс.
Твоя Елена.
Схватив телефон с тумбочки, я тут же позвонил ей. Звонок сразу же ушел на голосовую почту.
Когда мои ноги коснулись пола, я приготовился к головокружению, которое мучило меня несколько недель. Но его не было. Зайдя в ванную, я мельком взглянул на себя в зеркало. Сегодня я выглядел хорошо, и это заставило меня улыбнуться. Желтуха, окрасившая мою кожу, казалось, была несколько приглушена, и я проклинал свою удачу, что единственный раз, когда Елены не было рядом, стал первым днем, когда ей не нужно было растирать мне спину, поскольку меня рвало только желчью, как и каждое утро.
В душе я мурлыкал песню Билли Джоэла и даже напевал в бутылочку шампуня. Вытираясь, я все еще напевал, все еще улыбался. Чувство голода застало врасплох. Я так привык насильно кормить себя почти ничем, чтобы оставаться в живых, а потом все это возвращалось обратно в виде приступов тошноты, что почти забыл, как это - жаждать еды. Когда умираешь, поражаешься, как много радости доставляют самые незначительные вещи.
Сегодня хороший день.
Я продолжил свое выступление на кухне, жаря яичницу с беконом. Выпив стакан апельсинового сока, я отправил два куска хлеба в тостер, а затем съел каждый кусочек, несмотря на протесты желудка, который стал настолько мал от недостатка питания, что требовал, чтобы я прилег, пока он справляется с нагрузкой.
Я смеялся над этим ощущением и продолжал веселиться, пока не задремал.
Проснулся я от того, что Елена сидела на полу рядом со мной. Мое сердце заколотилось, как всегда при виде ее.
– Ты в порядке? - сказала она, глядя на меня.
– Сбежала к своим любовникам? - ухмыльнулся я.
Вместо того чтобы смягчиться, как это обычно происходило, когда я говорил что-то нелепое, ее лицо исказилось, и я увидел, как слезы из ее глаз потекли к подбородку. Я приподнялся и обхватил ее лицо обеими руками.
– Что случилось? - прошептал я.
– Ты в порядке? - повторила она, обнимая меня за шею и уткнувшись лицом в мое плечо. - Ты в порядке?
– Я в порядке - говорю я, тяжело дыша, растворяясь в ее объятиях. - Я в порядке.
Мы просто сидели там и повторяли этот обмен словами сквозь слезы и дрожь, пока дневной свет не сменился темнотой.
Похоже, слово «чудо» имеет тот же эффект, что и слово «рак», когда его произносит врач. Потому что это было единственное слово, которое я уловил в его кабинете во время приема. Слово «рак» прозвучало еще раз, но на этот раз за ним последовало слово «отступил».
Пожав доктору руку, я встал, чтобы уйти, и, уже подойдя к двери, услышал, как он сказал мне, что у меня, должно быть, есть ангел-хранитель, который присматривает за мной. Моя рука так и осталась протянутой к дверной ручке, пока я думал, что ответить.
– Это моя жена, - это все, что я смог выговорить.
За все приходится платить. Ничто не дается бесплатно.
Выздоровление было стремительным. Уже через несколько дней после того, как я обрел новую жизнь, тело, разрушенное болезнью, казалось, вернулось в прежнее состояние. А возможно, и лучше.
При каждом удобном случае я приподнимал Елену за талию. Привычка, которой мне ужасно не хватало, пока я был слишком слаб, чтобы поднять даже себя.
Я любил ее физически и эмоционально каждую секунду.
Я поклялся себе, что эту новую жизнь, которую Вселенная сочла нужным подарить мне, я проведу, заботясь и оберегая ее. В течение года я выполнял это обещание. Однако после этого все закончилось провалом.
Мы отмечали годовщину моей ремиссии с бутылкой шампанского, когда пришло ее время возвращать долг.
Алкоголь разогрел нас и привел к желаемому эффекту - мы стали легкомысленными и игривыми. Она поднялась с ковра и направилась к холодильнику за новой бутылочкой шампанского, а я тщетно пытался схватить ее за руку, чтобы остановить и притянуть к себе.
– Черт возьми, женщина, вернись и будь со мной! - взывал я к ней.
– Терпение - это добродетель, – ответила она, очаровательно склонив голову набок, и зашагала спиной вперед. Моя безразмерная футболка, в которую она была одета, развевалась на ее голых ногах, сводя меня с ума.
– Ни одна из моих… - пробормотал я себе под нос, когда она скрылась на кухне. Я уткнулся лицом в ковер и издал стон разочарования. Даже спустя столько лет она привлекала меня так же сильно, как и в подростковом возрасте.
Звук бьющегося стекла, донесшийся со стороны кухни, заставил меня приподняться на локтях и крикнуть, все ли с ней в порядке. Но ответа я не получил.
– Я же говорил, что тебе нужно было остаться со мной! - усмехнулся я, поднимаясь на ноги. - Осторожно там со стеклом, - предупреждаю я, сворачивая за угол.
Она стояла спиной ко мне в луже игристого вина. Ее руки двигались по телу, словно она что-то ощупывала.
– Детка? - спрашиваю я, протягивая руку, чтобы дотронуться до ее плеча, не забывая об осколках бутылки, которыми был усыпан пол.
Рука так и не достигла цели, потому что она быстро повернулась, чтобы встретиться со мной взглядом, остановив меня на месте.
– Приветик, Джейми, - сказала она, закрывая глаза и делая глубокий вдох. - Не желаешь потискать эти сиськи? - Улыбаясь, она оголила грудь, причем это произошло так быстро, что я едва ли мог быть уверен, что успел что-либо увидеть. - Хотя думаю, тебе это не нужно, - продолжила она, - ты все о них знаешь.
Ее руки забрались под футболку, обхватив грудь и обнажив живот.
– Позволь признаться, я щупал кучу разных сисек, но, черт возьми... вот эти? - Она сжала их и хмыкнула - Это просто нечто!
Не знаю, что меня больше шокировало. Поведение, манера общения или тот факт, что она назвала меня Джейми - именем, которое она никогда не использовала.
Мой защитный механизм от страха - это гнев, поэтому я дотянулся до нее, схватил за руки, лежащие на груди, и опускаю их вниз.
– Прекрати, Елена, - говорю я сквозь стиснутые зубы.
– Оууу, большой, сильный, мужественный Джейми. - Она смеется, передразнивая мой тон голоса. - Теперь я понимаю, почему все девушки в тебя влюбляются.
Она вырывается из моей хватки и толкает с силой мужчины, что застает меня врасплох, и я выбрасываю ногу назад, чтобы не упасть.
Я смотрю, как она идет к набору ножей, стоящему на столешнице, и берет самый большой из верхнего ряда.
– Что ты делаешь, Елена? - спрашиваю я, напряженно наблюдая за ней.
– Елена! Елена! Елена! - продолжает насмехаться она, - Знаешь, для красивого задумчивого мужчины ты произносишь ее имя, как сопливая сучка! - Она переносит вес на левое бедро и кладет палец на кончик ножа.
– Опусти его! - говорю я, делая шаг вперед.
– Еще один шаг, Джейми, и я отрежу этот милый пальчик. - Звериный оскал в ее глазах возвращается и исчезает в одно мгновение.
– Хорошо, - отвечаю я пораженно, - просто успокойся.
Выставляю обе руки перед собой, чтобы она могла их видеть, и паника охватывает меня.
– Ах, черт, я передумал, - говорит она, вгоняя лезвие в палец и почти полностью отрывая ноготь.
– Нет! - кричу я, наблюдая, как кровь из раны начинает стекать по ее руке, когда она поднимает ее к лампе на потолке.
– Ооой… - Она смеется, зачарованно глядя на кровь. - Будет немножечко щипать.
Это переходило все границы. Воспользовавшись её секундным замешательством, я делаю выпад в сторону ножа. Но это была ошибка.
Ответная реакция была настолько быстрой, что я едва успел почувствовать, как лезвие вонзилось в мою ладонь. Зажав рану, я, пятясь, избежал повторного удара.
– О, куда это ты собрался, Джеймс? - Ее голос стал еще ниже, чем прежде. - Не уходи, мы только начали веселиться.
Последнее слово прозвучало так тихо, как будто его произносили в замедленной съемке. Трудно описать то, что я видел в ней в виде отдельных вспышек. Все менялось с каждой секундой. В одном случае это была моя Елена, сжимающая нож, в другом - то, что можно описать только как антропоморфное животное. Оно стояло на задних лапах, но редкая шерсть на его крупном теле напоминала скорее зверя, пораженного лишаем, чем человека. Неровный прикус выдавал кривые клыки. Неизменными оставались только глаза.
– Кто ты? - выдохнул я.
– Вот так сразу к делу, да? - Он делает шаг вперед, а я отступаю на шаг назад. - Никакого ужина, никаких танцев? Никаких прелюдий, сразу в киску! Уважуха!
Осколок стекла впивается в ступню во время моего отступления и я вскрикиваю. Не рассчитав расстояние до обеденного стула позади себя, я спотыкаюсь и падаю ударяясь головой о стену.
– Ах да, ты же любитель песен, - говорит он, ускоряя шаг. - Фанат Билли Джоэла, если я правильно помню. - Он уже в нескольких футах от меня. - Давай споем?
Я упираюсь рукой в стену позади себя, пытаясь использовать ее как рычаг, чтобы встать.
– И она пообещает тебе больше, чем сад Эдема! - Напевает он своим отвратительным голосом, сокращая расстояние между нами и опускаясь на колени, прижимая мою ладонь к стене, не давая мне возможности пошевелиться, а второй рукой подносит кончик ножа к моему глазу и с хирургической точностью проводит по щеке, смеясь, когда я вздрагиваю. - Вот так! А потом она небрежно порежет тебя и будет смеяться, пока ты истекаешь кровью! - кричит он мне в лицо с придыханием, пахнущим гнилью, а его звериная морда ни на секунду не исчезает. - Прими это, Джейми! - произнес он в замедленном темпе так громко, что у меня зазвенело в ушах.
Затем я зарычал в агонии, от того, что нож пронзил мою ладонь пригвождая ее к стене.
– Ооо! - прорычал он, продолжая напевать в такт моему крику, похоже, довольный моим вкладом в песню.
– Да кто ты, блядь, такой? - завопила я, - Чего ты хочешь?
Меня охватила неистовая дрожь.
– Ох, ох, ох, Джейми, пожалуйста, не надо так волноваться. - С этими словами он целует меня в лоб, - В конце концов, нельзя так разговаривать с парнем, который спас тебе жизнь.
– Где, блядь, Елена? - Я больше не в состоянии контролировать свои эмоции. - Если ты причинишь ей вред, клянусь богом, я убью тебя!
– Воу, а в тебе есть искра! - Он насмешливо вздрагивает. - Но все же, где мои манеры? Меня зовут Мальфас. - Он приподнимает невидимую шляпу.
– Оставь мою жену в покое! - шиплю я.
Он втягивает воздух сквозь зубы.
– Пожалуй моим ответом будет „нет“, здоровяк, - и невинно пожимает плечами. - Видишь ли, у нас с твоей милой женушкой есть соглашение, - улыбается он, - Так сказать, контракт.
– Чушь собачья, - только и смог выдавить я, - Контракты можно разорвать, забирай меня!
– О, я бы с радостью, я действительно очень супер-пупер за, - теперь он сидит на полу лицом ко мне, скрестив свои грязные ноги, как ребенок в начальной школе, - Но наша маленькая Елена здесь не просто симпатичная мордашка, - он хлопает в ладоши, снова превращаясь в мою жену, жестикулируя ее телом, - На самом деле это особый пункт нашего соглашения.
Я ошеломленно смотрю на него, надеясь, что смогу проснуться от этого кошмара.
– Твоя жизнь за ее душу. - Говорит он, возвращаясь к демонскому облику. - Не волнуйся, я не монстр, я предложил ей действительно хорошую сделку!
Лицо Елены на мгновение проступает, но уже не похоже на ту женщину, на которой я женился. Оно все быстрее скакало туда-сюда от красавицы к чудовищу, как в плохо смонтированном фильме.
– Я даже дал ей один год бесплатно, чтобы она могла насладиться жизнью, прежде чем я возьму бразды правления в свои руки. - Он зажимает мое лицо между большим и указательным пальцами. - Разве ты не считаешь меня хорошим парнем?
– Иди в жопу, - пробормотал я сквозь разбитые губы.
Он игнорирует меня, как будто я ничего не сказал.
– И в довершение всего я позволяю ей дожить до конца ее естественной жизни. Он поднимается на ноги так, что я теперь смотрю на него с пола. - Так что вы должны меня благодарить! Черт, позвольте протянуть тебе руку помощи, - и протягивает правую руку, как будто хочет, чтобы я ее пожал. Шутка, конечно, в том, что моя правая рука приколота к стене и совершенно неподвижна.
– Смотри, 6 дней в неделю она твоя. Но каждый 6-й день в неделе она моя. Скажем, в 6 часов, чтобы завершить троицу! - говорит он, заливаясь смехом над собственной шуткой. - Нам придется разделить твою женушку, маленький рогоносец. - Он опускает протянутую руку и смотрит на нее, пожимая плечами.
- Покеда, милый, к ужину не жди, - говорит он, уходя в облике Елены, помахав рукой напоследок, - Надо кое-куда сходить, людей повидать, ты же понимаешь, да?
– Подожди, - умоляю я, судорожно пытаясь вынуть нож из руки, чтобы освободиться из заточения, - Пожалуйста, забери меня! - Я слышу, как за ним закрывается входная дверь. - Забери меня! - повторяю я в отчаянии, но безрезультатно.
Нож не поддавался еще 24 часа. Кровь из раны уже начала приобретать коричневый оттенок, пропитывая все от стены до пола. Процесс заживления, казалось, хотел просто продолжать и встроить сталь в мое тело, потому что свернувшаяся кровь вокруг места удара была густой, как сироп. Целый день и ночь я бессильно лежал на полу, борясь с оковами, не в силах поверить, что гипсокартон способен удерживать нож с такой силой. Должно быть, демон позаботился о том, чтобы он оставался на месте.
Я уже засыпал, когда адреналин схлынул из моего организма, но звук скрипящей входной двери разбудил меня. Страх завладел разумом, и все, что я мог сделать - это постараться стать как можно меньше, поскольку шаги становились все громче.
– Джеймс! - вскрикнула Елена увидев меня, и я ответил ей аналогичным восклицанием. На ней была та же рубашка, в которой она уходила, но разорванная и залитая кровью. Подбежав ко мне, она с удивительной легкостью вынула нож. Пожалуй, я поморщился больше от того, что рука затекла от долгого нахождения в неудобной позе, нежели от того что из нее достали лезвие.
– Ты в порядке? - сказал я сквозь сдавленные вздохи, обнимая ее одной рукой.
– В порядке, - прошептала она сквозь слезы.
И второй раз в жизни мы сидели и обменивались словами сквозь дрожь. Только на этот раз до тех пор, пока темнота не сменилась днем.
Шли недели, я пытался убедить ее рассказать, как ей удалось вызвать демона. Она не хотела.
Я пытался убедить ее умолять и просить изменить выбор между моей душой и ее. Она не согласилась.
Я пытался уверить ее, что у нас все получится. Она не смогла.
Проклятие ее в том, что она помнит все безобразия, которые Мальфас творит в период своего господства. Она почти ничего не рассказывает мне, чтобы уберечь меня. Лишь упоминает, что у него есть склонность к детям.
Он сильнее меня, и, чтобы я ни делал, я никогда не смогу помешать ему уйти. Я всегда нахожу себя в крови и прикованным к чему-то новому, тщетно умоляя забрать меня вместо Елены.
Все, что я могу сделать - это обнять ее, когда она возвращается сломленная и раздавленная. Я умоляю ее продолжать борьбу, и ее реакция всегда повторяет мою собственную, когда она просила того же самого. Она уже победила.
Сегодня был еще один шестой день, и она заметно дрожала в ожидании.
– Я не могу сделать это снова. - Сказала она мне со страданием в голосе.
– Знаю, - ответил я, прижимаясь к ней сильнее, морщась от различных ран, нанесенных мне Мальфасом за прошлые недели, пока она лежала на диване в моих объятиях. Все мое тело ныло.
На часах 5:50.
– Я так тебя люблю! - Сказал я и поцеловал любимую в губы, борясь с подступившим комом в горле.
– Будь хорошим парнем, - улыбаясь, говорит она.
5:55
– Ты помнишь песню, под которую мы танцевали? - спрашиваю я.
– Конечно, - отвечает она, - “Небеса” Эрика Клэптона.
Не найдя слов, я киваю и вспоминаю, как все было. Мы сидим в тишине, а слова песни звучат у нас в голове, на мгновение перенося нас в ту ночь, когда мы впервые обняли друг друга много лет назад. Сейчас мы чувствуем друг друга так же, как и тогда.
Отчасти улыбаясь, отчасти плача.
– Ты - лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни. - Говорю я, с трудом сдерживая слезы, - И я бы повторил все это снова.
– Я тоже. - Самая красивая женщина, на которую я когда-либо смотрел, невинно улыбнулась мне, и даже в это мгновение я не мог поверить, что она могла полюбить такого мужчину, как я.
В 5:59 я нажал на курок.
В ушах зазвенело от грохота, в воздухе повис сизый дым, а рубашка насквозь промокла.
Я целовал ее, пока она утирала слезы с моих глаз, и заревел во всю мощь своих легких, когда она наконец потеряла сознание.
6:00
– Тупой ты ублюдок! - хрипло проговорил Мальфас. - Ты ее ни от чего не спас! - закашлялся он кровью, - Она могла бы быть твоей 6 дней в неделю, идиот. Теперь у тебя не останется ничего, потому что я заберу ее с собой.
Дыхание затихло, а вместе с ним исчез и Мальфас. Я поднялся с дивана и пошел наверх по лестнице с Еленой на руках, несмотря на боль, которая пронзала меня, как молния. Осторожно положил ее на кровать, которую мы делили долгие годы. Сняв с нее одежду, я протер рану теплым полотенцем, смоченным в спирте. Не могу объяснить, почему я так старался продезинфицировать ее, ведь я не питал иллюзий, что она оживет. Или почему я решил перевязать рану и облачить ее в любимый белый халат. Не было никакого смысла в укутывании ее в простыни, как будто она спала. Я просто не мог оставить все как есть.
По крайней мере, до тех пор, пока я дышу.
Я покинул наш дом, прихрамывая, с определенной целью. Нелегко найти грех, который был бы повсеместно осуждаем. В некоторых случаях Стоики считали самоубийство благородным поступком, и я не знаю, по правилам какой религии я играю. Я остановился на убийстве, но даже в этом случае не все убийства осуждаются одинаково. Лишение жизни больного или пожилого человека может рассматриваться как милосердие. Лишение жизни преступника - правосудием. Чтобы быть по-настоящему чудовищным, достаточно отнять невинную жизнь.
Содрогаясь, я стоял в детской комнате больницы, куда пробрался, держа подушку над своей жертвой. Я просил прощения у человека, слишком юного, чтобы понять меня. Подушка, которую я держал в руках, была больше, чем он сам.
Когда все было кончено, я изверг содержимое своего желудка, как будто все еще был болен раком. В какой-то степени так оно и есть.
Выбежав из больницы, я услышал полицейские сирены. Санитару, который пытался остановить меня под аккомпанемент воплей женщин, в ближайшие месяцы не придется пользоваться своей челюстью, если он, вообще, поправится.
Этот пост - моя исповедь. Я пишу ее здесь, вероятно, потому, что это единственное место, где мне поверят.
Я не жду от вас прощения, потому что я его не прошу. Я совершенно не раскаиваюсь, потому что мне приходится быть таким.
Только сейчас я вернулся домой, оставив машину на подъездной дорожке. Медленно шагая с вытянутыми руками, глубоко вдыхая ночной прохладный воздух, я переступил порог дома.
Я забрался на кровать, где оставил свою женщину. Поцеловав в глаза, я обхватил ее руками, и они останутся там, пока их насильно не уберут. Револьвер, который я подобрал с пола по дороге в комнату, почти музыкально щелкнул затвором.
Я не смог спасти ее из глубин ада, но будь я проклят, если она отправится туда одна.
~
Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта
Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)
Перевел Березин Дмитрий специально для Midnight Penguin.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
Науст - постройки по всему длинному побережью Норвегии. Этот тип зданий родом из эпохи викингов, выдержал испытание временем и непогодой чрезвычайно сурового климата острова.
Таким образом, шведский архитектор Эрик Колман из Стокгольма выбрал формат для проекта Vega Cottage. Простая элегантность этого небольшого деревянного дома прекрасно сочетается с диким и неприступным ландшафтом.
На острове Вега проживает 1200 человек и находится он примерно в часе на пароме от крошечного города Бреннёйсунд на западном побережье материковой части Норвегии, к югу от полярного круга. Интерьер коттеджа выдержан в нейтральной цветовой палитре - светлых и белых тонах, что создает спокойную атмосферу.
31. Амулет Снежинка
Серебряный амулет в форме снежинки. Тот, кто его носит, становится невосприимчив как к негативным последствиям холода, так и к негативным последствиям холодной погоды и рельефа, таким как падающий снег, снежные заносы, скользкий лед и метели.
32. Холодный топор
Одноручный топор из закаленного льда. Когда он наносит урон противнику, он замедляет его действия. Следующее действие врага, в этом раунде или в следующем, совершается после действий всех других персонажей, независимо от инициативы.
33. Лук Мороза
Лук из бледно-белого дерева с синей тетивой. Стрелы, выпущенные из него, замораживают до кубометра воды. Враги, которые уязвимы к холоду, включая просто мокрых, получают двойной урон.
34. Кристаллический щит
Щит из кристаллического льда, слегка полупрозрачный. Когда бросок на урон в ближнем бою, сделанный против его носителя, наносит максимальный урон, из него вылетают осколки кристалла и наносят D6 урона в ответ.
35. Сфера пара
Синий шар, который можно держать в одной руке. Прикосновение к нему может включать и выключать его способность, которая заключается в заполнении пространства размером с комнату паром, который оставляет слой инея на всем, к чему прикасается.
36. Плавающая почта
Кольчужный доспех из материала, устойчивого к гравитации. Он считается кольчугой (как КБ) и кожей (при учёте веса и подвижности). Когда кто-то, носящий его, падает, он считается упавшим на вполовину меньшую высоту с точки зрения подсчета урона.
37. Плащ-невидимка
Плащ, который, будучи надетым, делает его и все, что находится под ним, невидимым. Если его не носит живое существо, он не имеет никакого эффекта, но может легко укрыть большого человека в тяжелой броне или нескольких маленьких людей.
38. Кольцо Бриз
Железное кольцо с крошечным сапфиром. Дают незначительный телекинез на близком расстоянии, например, переворачивать страницы, медленно двигать ключи и монеты, а также тревожить воду и пыль.
39. Амулет Тишины
Серебряный амулет, который при ношении делает пользователя совершенно бесшумным. Любой шум полностью аннулируется, за исключением голоса.
40. Копье Небесного Бога
Двуручное копье, которое кажется длиннее, чем выглядит. Его можно использовать для атак ближнего боя на расстоянии до Дальнего, а не только для Досягаемости.
В этом ролике я покажу Вам конструкцию полипропиленовой трубы армированной алюминием. Расскажу где она применяется и коротко расскажу, как подготовить ее перед пайкой.
Меня всегда стригли ужасно. Хоть как объясняй, делают "пенсионно-молодёжную")) Нашел в Сети нечто приличное, распечатал. Подстригли норм! Лайфхак, однако.
