Парня уже требуют пригласить на официальное закрытие🎩
Английский фанат перебрал в Германии на Евро и прославился на весь интернет. Пока он мирно спал, фанаты устроили вокруг бедняги настоящее шоу, доливая понемногу пива в стакане на его голове. В соцсетях уже предлагают сделать это отдельной спортивной дисциплиной — накал среди зрителей был не меньше, чем во время футбола.
Ученые представили предварительные результаты финальной фазы исследований препарата Sunlenca, в которой изучались профилактические свойства лекарства для защиты от вируса иммунодефицита человека. Sunlenca уже одобрен для пациентов с ВИЧ, которые не реагируют на стандартные препараты антиретровирусной терапии, однако теперь показания к назначению препарата могут быть пересмотрены.
Препарат Sunlenca (ленакапавир) компании Gilead показал предотвращение инфицирование ВИЧ у женщин в 100% случаев, пишет Bloomberg. Инъекционный препарат, представляющий собой ингибитор функции капсида ВИЧ-1, вводили женщинам дважды в год и за период наблюдений ни одна не заразилась ВИЧ.
В исследовании приняли участие более двух тысяч женщин от 16 до 25 лет, проживающих в Южной Африке и Уганде. Окончательные результаты также должны представить эффективность препарата у мужчин.
В 2022 году Sunlenca был одобрен для пациентов с ВИЧ, которые демонстрируют резистентность к стандартной антиретровирусной терапии. В случае успеха новых клинических исследований Sunlenca может получить одобрение в качестве профилактического средства от ВИЧ. Если это произойдет, то препарат поступит в продажу уже в конце 2025 года.
Примечательно, что эффективность Sunlenca оценивали в сравнении с другими экспериментальными препаратами от ВИЧ компании Gilead, такими как Descovery и Truvada, но только ленакапавир показал 100% защиту.
Всё в одном приборе.
Видео, пейзажи, портреты - всё в артфонах. Ещё же и позвонить можно?...
Хочу познакомить вас с замечательным псом. Это Рэкс!
Однажды, когда я была в отпуске, у меня появилось новое увлечение - вязание игрушек. И оно на какое-то время поглотило меня полностью.
Сегодня я познакомлю только с одной моей работой - с псом по имени Рэкс. Он поехал жить в семью, где ребёнок очень хочет собаку, но "мама против".
Высота от хвоста до пяток задних ног 20 см. Длина от кончика носа до зада - 27 см. Мягкий и игривый. Замечательный пёс. А какой у него нос!
За неделю отпуска появились на свет сестра Рэкса - Роксана, медведица Маша и кошка Мурка. Как-нибудь потом познакомлю с ними.
Сегодня расскажу я вам, друзья мои, одну интересную и очень необычную историю.
Но начну я, с вашего позволения, немного издалека. Моя студенческая молодость пришлась на самый излет эпохи так называемого развитого социализма. Учился я в одном из достаточно известных тогда учебных заведений по направлению административно - хозяйственного управления. И был у нас в учебном плане очень интересный и важный для каждого будущего советского хозяйственника и управленца предмет под названием «Правоведение». Почему важный? А потому что каждый советский управленец должен был заранее знать за что и на сколько его посадят как только повод будет. Да, друзья мои, такие в социалистическом обществе «волчьи» нравы были. Не то что сейчас, правда?
Предмет этот вел преподаватель по кличке «Бормотун». Нет, вообще мы, студенты, называли его так отнюдь не со зла. В миру его звали Александр Игоревич, мужик он был хороший, правильный, и как преподаватель тоже был очень даже хорош. Сам из бывших прокурорских. Почему оттудова ушел - не знаю. Сам же он никогда нам об этом не рассказывал, на судьбу и на карьеру свою не жаловался, нам студентам по крайней мере. Зато могу побожиться, что он один из немногих преподов, кто за все курсы хоть что-то полезного умудрился вложить в наши бестолковые головы. И кстати неподкупный был, взяток за зачеты и экзамены не брал а взяточников демонстративно высмеивал. Дескать мне вашего не надо, у меня свои гроши водятся, да такие что вам и не снилось.
Бормотун получил свою, выражаясь неформальной терминологией его предмета, «погремуху» потому, что читая лекцию для большой аудитории или же общаясь персонально со студентом, периодически скатывался с нормальной человеческой речи на самое натуральное еле слышимое бормотание. Причем сам он этого перехода не замечал. Такой вот у него своеобразный психиатрический бзик был. Для того чтобы вывести его из состояния бормотания нужно было всего лишь громко и отчетливо задать ему вопрос о только что сказанном им самим, например: «Александр Игоревич, дак вы говорите ружье на стене само выстрелило?». Тогда он мгновенно перезагружался, отматывал пластинку чуть назад и уже в нормальном режиме продолжал диалог.
Однажды, в погожий майский денек, наш поток, как и положено по расписанию, сидел на лекции у Бормотуна. Лекции как таковой в сущности и не было. Все заинтересованные студенты в порядке живой очереди прямо со своего места в аудитории запросто общались с преподавателем по вопросам предстоящего экзамена. Кто выяснял как досдать хвосты по семинарам, кто уточнял разные непонятные вещи в экзаменационных билетах. А некоторые из студентов, как например ваш покорный слуга, просто балду пинали, смотрели в окно на залитую светом зелень институтского сквера и предвкушали скорый поход к пивному киоску.
А ведь я вовсе не был таким уж раздолбаем. Дело в том что Бормотун умел очень грамотно и эффективно выстроить учебный процесс. Он категорически отвергал широко распространенный принцип проведения экзамена: «Билет - это всего лишь повод для разговора.» Его же принципом был: «Экзамен - это повод для подведения итогов работы.»
Если студент посещал все его лекции, тщательно их конспектировал (Конспекты он требовал предъявлять. - Прим. автора.), посещал его семинары да хоть пару - тройку раз на них о чем то высказался, если сдавал все письменные самостоятельные работы - тогда студент точно знал, что четверка на экзамене у него в кармане. Гарантированно! Нужно было хоть что нибудь вразумительное на оба вопроса в билете выдать и Бормотун, проверив в своей тетрадочке отметки о прилежности испытуемого в течении семестра, без лишнего мозгоклюйства выводил «хорошо».
И вот теперь, друзья мои, давайте-ка наконец переходить уже к сути. Для этого вернемся, в моем молодом тогда еще лице, в наш прекрасный майский день на лекцию к Бормотуну. К концу занятия вопросы от студентов иссякли а времени до конца пары оставалось еще минут двадцать. Последним из обсуждаемых с одним из студентов вопросом был что-то вроде: «Невозможность привлечения к ответственности в связи с неустановлением и недоказанностью и тыры-пыры...». Точную формулировку за данностью лет я уже не помню, уж простите меня, мои читатели. Памятуя только что завершившуюся дискуссию и пользуясь случаем, Бормотун, глянув на часы, перешел к одному из своих любимых занятий - травить поучительные истории.
Усевшись поудобнее на стул, стоящий рядом с кафедрой, Бормотун начал свой рассказ, насколько я сейчас помню, примерно так: «А вот ребята и девчата, расскажу я сегодня вам абсолютно правдивую историю, настолько правдивую, что даже готов положить на заклад свой табельный пистолет, если бы мне его кто-нибудь дал. (Смешки в аудитории. - Прим. автора). История эта про то, как порой бывает совершенно невозможно ни доказательно установить виновного в совершении преступления ни привлечь оного к законной ответственности. Хотя и жертвы многочисленные есть и подозреваемые известны и не скрывались от следствия. А вот невозможно и весь разговор. Так вот. Случилась эта история в городе … ».
Далее, уважаемые читатели, я позволю себе изложить рассказ Бормотуна от своего лица, дабы не мучить себя и вас всеми этими, образно выражаясь, «ерами» и «ятями», применяемыми для обособления прямой речи при письме. Также прошу принять во внимание, что в данной истории факты, установленные органами следствия, густо переплетены с бормотуновыми домыслами, гипотезами а также художественными приукрашениями и прочим подобным, что тот посчитал нужным добавить для гладкости и связности повествования.
Итак …
Случилась эта история в городе Энск в самом начале восьмидесятых годов. Городок этот был районным центром с населением около ста тысяч душ. По меркам Советского Союза данный населенный пункт был достаточно развитым: пара - тройка заводов имелась, один из них даже союзного значения, да пяток разного профиля фабрик. Сельское хозяйство в районе развито было, не без этого.
В общем жили в тех местах люди вполне себе в достатке по советским меркам, благодаря как централизованному товарному снабжению так и успехам местечковой потребкооперации. Озлобленными на советскую власть они не были, даже плохого про нее не думали, в подавляющем большинстве были законопослушными, к криминальной среде пиитета не питающими и к злодействам, хоть сознательным а хоть и бессознательным, опять же в массе своей не склонные.
Милиция и КГБ города Энска укомплектованы были как положено, раз город весь из себя такой благополучный и труженик. Как говорится, не городок а мечта прокурора или следака - перевестись бы сюда и все последние годы до заслуженной пенсии в тишине и спокойствии досиживать. Эх, благода-а-а-а-ть!
И вот однажды, в одной из средних школ города Энска, поссорились два ученика восьмого класса. (Тогда школьное образование десять лет длилось, по десятый класс соответственно. - Прим. автора.) Точнее говоря, поссорились друг с другом ученик и ученица, уже несколько лет сидевшие вместе за одной партой. То ли он её дурой назвал, то ли она его дураком. То ли она сказала что у него нос картошкой, то ли он сказал что у неё уши лопухами. В общем, слово за слово, разругались они что называется в пух и прах. С криками и обзывательствами. Да еще при одноклассниках все это безобразие случилось. Чуть даже до взаимного рукоприкладства не дошло. Ну а что вы хотели? Пубертатный период! Гормоны - они и при царе гормоны были, они и при советской власти гормонами остались. Бурлят себе, невзирая на завещания дедушки Ленина и постановления очередного съезда КПСС и все тут.
Казалось бы, ну подростки, ну поссорились, ну покричали друг на друга. Ничего страшного! Со всеми бывает. Недельку подуются друг на друга. На следующей недельке глядишь перейдут к скупому обмену фразами по необходимости. А потом им самим надоест партизанить, плюнут на прошлые обиды и помирятся. А то и подростковую любовь закрутят, чтоб родителям ихним жизнь медом не казалась а стала с привкусом валидола.
Однако, изложенный выше, стандартный ход развития событий дал сбой и история эта пошла совершенно по другому, весьма трагичному, пути.
Дело в том, что та самая девочка - восьмиклассница, участница конфликта, вечером на лавочке у подъезда, в присутствии компании из подростков разных возрастов, рассказала о произошедшем в школе и пожаловалась на своего одноклассника.
Нет, вы не подумайте, она никого ни к чему не призывала, никого ни о чем не просила - и это было достоверно установлено в ходе следствия на основании многочисленных свидетельских показаний. Она просто напросто пожаловалась в пространство на свою горемычную, по её девичьему мнению, судьбу. Только и всего.
И казалось бы, все присутствующие её выслушали, девчонки солидарно повздыхали, пацаны сделали нейтральные лица а про себя подумали что то вроде: «Тоже мне фифа! А так то она ничё из себя, через пару лет нормальная лялька будет!». Да и разошлись бы подростки по своим квартирам кушать, уроки делать и спать.
И тут опять предполагаемый стандартный ход событий дал сбой. В компании подростков, слушавшей жалобы на судьбу от нашей маленькой скандалистки, был один десятиклассник, назовем его Иван, учившийся в той же школе и живший в том же доме.
Иван, судя по всему, с некоторого времени питал нежные чувства к жалобщице, давайте назовем её Маша. Однако наша Маша, хоть и частенько бывала с Иваном в одной подростковой компании, никаких симпатий к нему не выказывала, разговоров с ним не поддерживала и вообще вела себя с ним так ровно, что дальше некуда. Может ей Иван персонально в чем-то не нравился, может она своей юной, но уже вполне себе женской душой, ощущала исходящие от Вани любовные флюиды но еще не была готова и боялась принять их.
Услышав слезную исповедь предмета своего обожания, Ваня решил что вот он, его шанс. Судьба сама дала ему возможность проявить себя и навеки покорить свою принцессу. Тут еще надо сказать, что Иван класса с седьмого занимался в секции бокса и даже делал какие-никакие успехи на уровне городских соревнований.
План его был прост как копеечная монета: он сам и два его друга, такие же боксеры из секции, встретят обидчика его принцесски в укромном месте и поговорят с ним «по мужски». Он грозно потребует от оппонента, чтоб тот принес девушке публичные извинения, пообещал так больше не поступать и вообще отсел от неё за другую парту. А затем наш Иван, при первом удобном случае, лично даст прекрасной Марии понять, кому именно она обязана таким социальным триумфом и ублажением её эго.
Друзья - мстители вовсе не собирались распускать кулаки, не собирались даже «хватать за шкирняк» для убедительности, не говоря уж о том чтобы избить, пользуясь своими навыками. Они все таки были здравые пацаны, далеко не дураки, понимали что за рукоприкладство как минимум отчисление навсегда из боксерской секции светит с волчьим билетом на высшее образование (В те годы непреодолимым препятствием для поступления в ВУЗ могла стать отрицательная характеристика даже от местечкового комитета ВЛКСМ - Прим. автора.), а как максимум можно было и путевкой на зону для малолеток отовариться.
Расчет Ивана и его друзей был на то, что несчастный восьмиклассник, столкнувшись с ними лицом к лицу в тихом месте без свидетелей, зная естественно кто они такие, увидев их грозные лица и сжатые кулаки, услышав иванов грозный голос, струсит и безоговорочно согласится исполнить все их требования.
Однако этим, формально мирным планам, не суждено было сбыться. Ход нашей истории снова сделал нелогичный поворот.
Сперва конечно все шло так, как Иван и планировал. В один из дней, как только у восьмиклассников окончились уроки, они выследили свою жертву на школьном крыльце и на некотором расстоянии увязались за ней по дороге домой. Жертва, давайте уже дадим ему имя, например Андрей, естественно ничего не подозревал. Более того, у него были все основания считать, что отношения с его соседкой по парте Машей уверенно взяли курс в мирную гавань и скоро все будет как и прежде. Возникший на пустом месте конфликт тяготил обоих.
Андрей сильно удивился, когда на его пути, пролегающем через небольшой гаражный массив, возникли три известные нам персонажа и когда Иван с грозным видом и не менее грозным голосом озвучил свои требования к нему а также возможные кары за неподчинение.
Парень оказался не из робкого десятка. Напротив, очень даже дерзким оказался наш Андрей, несмотря на свой относительно юный возраст. На психологическое давление он не поддался, численного превосходства противника не испугался. В ответ на озвученные претензии заявил, что его взаимоотношения с одноклассницей никого не касаются. И уж тем более это не его, иваново, собачье дело. Описывать дальнейшую перепалку смысла нет. В ходе дальнейшего обмена любезностями Андрей, в ответ на оскорбления в свой адрес, также предельно недипломатично высказался в сторону Ивана и его спутников.
«Планку сорвало» у всех четверых. Начался «махач». Очевидно силы были не равны. Хоть Андрей и был для своего возраста хорошо физически развитым молодым человеком, но все таки против троих противников, каждый из которых старше его на два года, да еще обладающих навыками бокса …
Прижатый к стальным воротам одного из гаражей, он сопротивлялся отчаянно, как загнанный в угол волчонок, отбивающийся от своры волкодавов. До того момента, когда кровавая пелена окончательно не затянула ему глаза и сознание не провалилось в красно-черную зыбь, он отбивался как мог, тщетно пытаясь ответными ударами прервать настоящий поток летящих в его лицо кулаков.
Его противники, разъяренные словесным и физическим сопротивлением жертвы, сгрудились в кучу, торопясь каждый нанести очередной удар, чем существенно мешали друг другу. Несколько раз каждый из них промазал мимо головы или туловища Андрея и тогда их кулаки, со смачным «бумс!», сопровождаемым матерным вскриком бьющего, врезались в стальное полотно гаражных ворот.
Остановились они только когда увидели что Андрей, потеряв сознание, кулем сполз на землю вдоль стены. Его голова и лицо были опухшими, почти полностью покрытые большими буграми гематом, уже наливающимися фиолетовым.
Отрезвление от бешенства пришло быстро. Взамен пришел страх от осознания содеянного. Не раздумывая больше, ни слова друг другу не говоря, все трое развернулись и побежали вглубь гаражного массива подальше от места преступления.
Они прекрасно понимали необходимость замести свои следы. Из некоторых пятиэтажек, окружавших гаражный массив, с пятых этажей, не вовремя оказавшиеся возле окон жильцы могли видеть весь ход расправы и её участников. Петляя через закоулки, выбежали на одну из отдаленных улиц. Там разделились по одному. Затем каждый из них, как и договаривались ранее на бегу, стараясь идти спокойно и не привлекать к себе внимания, своим путем направился на квартиру к одному из друзей Ивана, отец и мать которого работали на заводе вместе, во вторую смену, и поэтому приходили домой только заполночь.
Оказавшись одни в нужной квартире, злоумышленники с трудом отдышались. Всех трясло от начинавшегося «адреналинового отходняка». И только по прошествии примерно получаса начали осознавать, что же именно они натворили.
Сначала пытались вспомнить или понять, живой ли осталась их жертва. К определенным выводам по этому вопросу прийти не удалось. Потом стали осматривать друг друга. На лицах и головах открытых ран не нашлось ни у кого из них. Только припухлости появились да скорее всего пара не слишком обширных фингалов будет. Андрей, к его чести, все же успел несколько раз зацепить своим кулаком лица обидчиков. Но на этот случай боксеры прекрасно знали что нужно делать. Так называемая «противофингальная» мазь - неотъемлемый спутник по жизни любого, кто занимается боксом.
Затем, также внимательно, все трое осмотрели свои кулаки, которые они еще на выходе из гаражного массива, на стоящей в закутке колонке, тщательно отмыли на всякий случай. На кулаках открытых ран тоже не было.
В конспиративной квартире вся троица, обмазанная во всех нужных местах живительной мазью против синяков, пробыла до десяти вечера. Все это время, несколько часов, обмозговывали свою легенду, дальнейшие действия и возможные последствия.
Они прекрасно понимали, что разглядеть их лица из окон пятиэтажек было невозможно из за расстояния даже человеку с отменным зрением. По одежде их не опознать - в такой больше половины пацанов города летом ходит, как никак в одном универсаме все отовариваются. По следам от обуви в пыльной дороге тоже, ну вы помните про единственный универсам. Вещей там никто не терял - на момент начала слежки за жертвой все были уже без школьных сумок. Как они следили - тоже никто не должен видеть. Они издалека опознали Андрея, спускавшегося со школьного крыльца а потом, зная что он срезает свой путь до дома через гаражный массив, пошли намеченным маршрутом на точку, так сказать, «перехвата».
В результате дебатов, сошлись во мнении, и не безосновательно, что притянуть их к истории с избиением Андрея на основании улик или свидетельских показаний нет никакой возможности. В качестве легенды придумали самостоятельную боксерскую тренировку на троих в квартире, где сейчас находились. Дескать в секции сегодня тренировки не было по графику, так они, чтоб поддерживать спортивную форму, в инициативном порядке, сами себе её устроили. Боксировали без перчаток - оттуда и синяки и разбитые кулаки. Легенда конечно так себе, очень и очень с душком, однако при отсутствии прямых улик и свидетельских показаний могла и сработать. А почему нет?
И в то же самое время, каждый из них, окутываясь мурашками от страха, понимал: обвинить их может только сам Андрей. Если выживет. Если сохранит память. Как боксеры они знали, что даже после одного очень удачного прилета в голову и последующего нокаута, иногда можно совсем не помнить весь предшествующий бой и очнувшись от едкого запаха нашатыря, лежа на ринге, с удивлением подумать: «А чего это я тут делаю и почему все вокруг орут?». А еще они прекрасно понимали, что Андрею в голову прилетело с десяток таких нокаутирующих ударов. Кроме того он ведь головой об ворота гаража бился - опухшая голова избитого у всех стояла перед глазами. А в самой глубине души у каждого из троицы крутилась невысказанная трусливая мысль: «Чтоб он сдох! Лучше пусть он сдохнет! Пожалуйста-а-а-а-а ...».
Чтобы не давать своим родителям повода для беспокойства и тем более для подозрений, решили не запаздывать с возвращением домой. В нужное время Иван и один из его подельников, друг за другом, с интервалом в несколько минут, направились к себе разными маршрутами.
Каждый из троицы, расходясь в тот вечер, прекрасно понимал, что несколько последующих дней и ночей будут для них временем изводящего страха за свою дальнейшую судьбу. Пока все не разрешится в ту или иную сторону. Или они проскочат или ...
В тот самый момент, когда нападавшие двигались на квартиру одного из них, в проходе гаражного массива появились два мужичка. Это были обычные работяги то ли местного ЖЭКа то ли другой подобной организации. Оба жили в окрестных домах и возвращались на работу после того как ненадолго заскочили к себе на квартиры с целью перекусить. Увидев Андрея, лежавшего на земле возле одного из гаражей оба оторопели и остановились. Все таки во времена Советского Союза лежащие средь бела дня на земле подростки были большой редкостью. Работяги подошли ближе и сразу увидели бугристый багрово - лиловый шар, в который превратилась голова мальчика.
Соображали они быстро и сразу поняли в чем тут дело. Один из них, тот что жил ближе, развернулся и побежал по направлению к своему дому. Своего телефона в квартире у него не было, зато таковой имелся в квартире у пожилой соседки и она сейчас была дома, он это точно знал.
Второй мужик остался возле, Андрея, по прежнему находившемуся в бессознательном состоянии и пытался аккуратно тормошить его приговаривая: «Эй! Паря! Ты чо? Эй, слышишь меня?». Через пару минут к нему вернулся его товарищ а еще примерно через 10 минут примчалась скорая. Почти сразу за скорой появился УАЗик с милицейским нарядом на борту.
Медики со скорой быстро и аккуратно осмотрели лежащего подростка, определили тот факт, что он еще живой и сообщили милиции, что немедленно забирают его в больницу, так как по их мнению у пацана в наличии так называемые «тяжкие телесные повреждения», причем относящиеся к головному мозгу и угрожающие жизни. Медлить в такой ситуации нельзя ни секунды. Медики и милиционеры совместными усилиями уложили Андрея на носилки и скорая, сверкая своими мигалками и завывая сиреной, умчалась по направлению к центральной городской больнице.
На месте преступления остались дожидаться опергруппу с экспертом наряд милиции и оба работяги, которых этот самый наряд задержал до выяснения обстоятельств. Мужички, естественно, не слабо струхнули от такого поворота событий. Кроме того, к месту происшествия потихоньку начали подтягиваться местные жители, в основном пенсионеры и несколько молодых мамочек, сидящих дома с детьми в декретном отпуске. Та самая соседка, с телефона которой один из обнаруживших Андрея мужиков звонил в скорую и милицию и которая, естественно, слышала весь разговор, немедленно оповестила о происшествии всех, кого только смогла.
Наконец прибыла опергруппа. Мужичков взяли в оборот. Детально расспросили под протокол обо всем - кто такие, почему и зачем шли тут, что увидели, что делали, где лежал пострадавший, что он делал, что говорил. Эксперт сначала мазал черным порошком отдельные места гаражных ворот, потом прикладывал к этим местам прозрачные пеночки, которые тут же отдирал и убирал в бумажные конвертики. Потом ходил с линейкой - рулеткой туда и сюда, измерял всякие интересующие его расстояния. Потом специальным совочком с сеточкой, как заправский садовод, просеивал землю и пыль перед воротами гаража. Фотограф все это время тщательно фотографировал с разных ракурсов непосредственно место происшествия и окружающие его антураж.
Милицейские товарищи добросовестно делали свою работу. Оба задержанных «до выяснения» мужичка понуро стояли чуть в стороне, возле патрульного УАЗа, под присмотром милиционера - водителя. Собравшиеся к этому моменту, в количестве пары десятков человек жители соседних домов, стояли полукругом, близко не подходили, молчаливо наблюдая за происходящим.
Им было совсем непонятно что же именно тут случилось - бессознательного Андрея давно увезли и никто из них его не видел. Поэтому в небольшой горстке людей тут и там пролетали сказанные вполголоса фразы вроде «Вроде парня тут зарезали!» или «Гараж вскрыли и утащили чего-то!». Особое недоумение у зрителей вызывал факт нахождения под охраной обоих мужиков, которых все соседи давно знали как вполне себе приличных и работящих, женатых и с детьми, не замеченных раньше в безобразиях, хоть даже если и выпимши когда бывают.
Наконец опергруппа закончила свою работу, старший скомандовал милицейским грузить мужиков в патрульный «бобик» и вести за ними в отдел. Глядя на такой поворот дела у зрителей рты пооткрывались от удивления. Но ничего странного не было. Руководитель опергруппы, ввиду предполагаемой тяжести преступления да еще с участием несовершеннолетнего, решил действовать превентивно и доставить задержанных прямо к дежурному следователю - а там пусть уж он сам допрашивает их по всей форме и решает с мерой пресечения.
Машина скорой помощи подскочила к воротам приемного покоя центральной городской больницы города Энск. Дежурившие санитары вытащили носилки с Андреем, который так и не приходил в себя. На лифте подняли в приемный покой, куда после первичного осмотра пострадавшего были срочно вызваны все врачи требуемой в данной ситуации специализации для более подробного исследования и проведения консилиума.
Одновременно с осмотром Андрею, уже переложенному санитарами на кровать - каталку, вкололи в вену иглу и взяли кровь на анализ, тут же не мешкая в эту же вену всадили по очереди несколько шприцов с какими то лекарствами, затем поставили капельницу. Прямо на кровати - каталке свозили в рентген-кабинет, где сделали несколько снимков черепа и грудной клетки.
Несмотря на все предпринятые меры и влитые в организм лекарственные препараты, Андрей в сознание так и не пришел. Но сердце билось и дышал он самостоятельно, поэтому аппарат для искусственной вентиляции легких решили пока не подключать. Ограничились простым кардиомонитором - сигнализатором сердечной активности.
В таком состоянии он и остался в палате интенсивной терапии под наблюдением дежурного врача.
Лидия Александровна доводилась Андрею родной бабушкой по материнской линии и жили они вдвоем в её квартире. Родителей у Андрея на момент описываемых событий не было в живых. Почему не было - история умалчивает. Факт состоял в том, что Лидия Александровна уже много лет воспитывала внука одна. В материальном плане они особо не нуждались, она получала пенсию плюс на сберкнижке денежки какие-никакие имелись. Так что взрослел единственный внук в разумном достатке и был ничем не хуже большинства своих ровесников с полными семьями - ни в еде, ни в игрушках когда был маленький, ни в одежде когда стал школьником, ни в чем другом. На путевки и на туристические поездки с классом деньги для внука у нее всегда находились. Год назад вот даже кассетный магнитофон ему купили, не самый дорогой конечно, но как сказал довольный внук «клевый». Клевый дак клевый, пусть будет так. В своем Андрюшеньке Баба Лида души не чаяла, безоговорочно считала его лучиком света и продолжением своей жизни, так что раз он был счастлив то и она тоже. Справедливости ради нужно сказать, что внук платил любимой бабушке тем же - вполне себе хорошо учился и не проказничал сверх меры.
Когда Лидия Александровна открыла дверь на звонок и увидела на лестничной площадке участкового милиционера и стоящую за ним соседку, она буквально остолбенела. Единственная мысль как страшная догадка пронеслась: «Андрюшенька!». Хорошо знакомый ей участковый попросил разрешения войти, за ним вошла и соседка. От него она узнала что с её внуком Андреем произошел несчастный случай и сейчас он находится в больнице. Если она хочет, то участковый на своей машине отвезет Лидию Александровну прямо к нему. Тяжелое известие она выдержала стоически. Помощь соседки не понадобилась. Еле слышно сказав «Сейчас соберусь» ушла к себе в комнату, откуда вскоре вернулась одетая по уличному и готовая ехать.
В больнице она сначала поговорила с дежурным ПИТ-овским врачом. От него узнала что внука привезли на скорой сильно избитого, особенно сильно пострадала голова. Развился отек мозга, есть очаги кровоизлияний. Дышит самостоятельно - и то хорошо, есть надежда. Сейчас ее внук лежит под капельницей, по прежнему без сознания. Да, в палату можно пройти. Да, можно остаться на ночь и ухаживать за ним, нужно только слушаться во всем дежурную медсестру. Если вдруг ей самой понадобится помощь - не терпеть, сразу сообщить сестре.
Поздним вечером того же дня дежурный врач закончил плановый обход нескольких палат вверенного ему отделения интенсивной терапии. Проходя мимо палаты с доставленным сегодня страшно избитым подростком, в открытую дверь при слабом свете ночной лампы он увидел худенькую старушку, сидящую на стуле возле кровати. Она полностью наклонилась вперед верхней частью тела почти до горизонтального положения и обеими руками держала руку несчастного пацана, прижатую к своему лбу.
Продолжение следует ...
Автор: 1100110011.
Сайт автора: 1100110011.ru
Ты избегаешь выходить из дома, потому что боишься столкнуться с кем-то из знакомых? Телефонный звонок ввергает тебя в паническую атаку? Школа для стесняшек может помочь! Превратись из застенчивого, социально неуклюжего одиночки в тусовщика! Мы не сделаем из тебя экстраверта, но научим так хорошо притворяться, что все будут так считать! Обернись из гусеницы в социальную бабочку за 6 недель. Нажми для регистрации.
Сидя за компьютером в пижаме, я смотрю на ссылку. Никто не сможет сделать из меня экстраверта. Даже фальшивого.
Вы, должно быть, задаетесь вопросом, почему я пишу этот пост. Конечно. Я отлично чувствую себя в сети. Но в жизни едва могу связать пару слов. Я краснею, потею и пукаю от паники. Это было бы весело, если бы я была очаровательным экстравертом и могла над этим посмеяться. Но я не могу, я просто мертва внутри. Последний телефонный разговор с начальником я закончила словами “Люблю, пока”, потому что обычно звоню только маме. Нет нужды говорить, что меня уволили. Просто призрак. Не могу смириться с этим.
Хорошо, возможно, мне нужны эти занятия.
Я регистрируюсь.
Первая неделя
Первая неделя начинается с довольно общих роликов про виды тревожности. Тех, кому комфортно, просят написать вступительный пост (остальные могут заполнить анкету в том объеме, в котором хочется, но, как минимум, нужно выбрать имя пользователя. Мое – “Frogger”.) Всего шестнадцать человек, и я с удивлением обнаружила, что многие из моих однокурсников испытывают социальную тревожность даже в Интернете – только половина написала вступительный пост.
Следующее наше задание – записать в дневнике самые большие страхи. Я пишу:
“Я переживаю, что я бесполезная, и никогда не встречу любовь. По сути, я женщина-инцел, и мой самый большой страх – никогда не полюбить себя. Так. Я это сказала. Мне 22 года. Я одержима всем, что я делаю и говорю, каждая совершенная ошибка навсегда выжигается в моей памяти. Если этот курс может научить меня общаться, и я понравлюсь людям, тогда, возможно, я смогу научиться хоть немного нравиться себе.”
Вторая неделя
В конце второй недели проходит наша первая встреча в Zoom. Мы готовимся к четвертой неделе, которая будет очень важной, ведь у нас будет личная встреча, для которой потребуется сходить в настоящеекафе. Нам не придется с кем-либо разговаривать, мы сделаем заказы заранее, и напитки будут ждать нас за столиками с нашими никами. Мы возьмем ноутбуки и проведем занятие онлайн. Но мы будем в одном помещении, дышать одним воздухом… будем вместе.
Это заставляет меня нервничать. Я уверена, все из-за этого нервничают. Итак, чтобы подготовить нас, на третьей неделе будет наша вторая встреча в Zoom, а чтобы мы были готовы к ней, на второй неделе нас добавили в первый групповой чат. Мы провели в чате только последние десять минут занятия. Наш куратор, Брендон, уговаривает ответить.
BRANDON: Всем привет! Как дела?
BRANDON: …ок. Как насчет того, чтобы просто поздороваться?
TRUDY: Привет
BRANDON: …просто напишите “привет”, чтобы я знал, что у вас все работает.
TRUDY: Привет
FROGGER: привет
Все нервничали, и два человека уже покинуло курс. Теперь нас осталось четырнадцать. Наш преподаватель, тем не менее, аплодирует всем, даже тем, кто только наблюдал. Он говорит, что у нас отлично получается.
Третья неделя
Третья неделя – наше последнее занятие онлайн. Мы подключаемся к Zoom. С экрана улыбается наш куратор из настоящей кофейни, где мы должны встретиться на следующей неделе. Вокруг потягивают напитки и суетятся посетители. Куратор нас не видит (наши камеры были отключены), но приглашает всех придвинуть стулья и налить кофе. Брендон – приятный профессор лет сорока пяти, с рыжими волосами и бородой, круглолицый и симпатичный.
Брендон говорит успокаивающие вещи:
– Я не заставлю вас говорить, не волнуйтесь. На самом деле, я люблю тишину. Иногда, если я нервничаю, то представляю себя котом. Вот как я раньше уговаривал себя ходить куда-нибудь. Не как Брендон, а как Кот-Брендон...
Вау, вот придурок. Это заставляет меньше беспокоиться о своей собственной придурковатости.
Нет необходимости что-то говорить или делать в чате. Через час Брэндон наконец говорит, что следующая неделя будет такой же, как эта, но мы встретимся лично. И помните – на следующей неделе мы люди-коты. Нам не придется разговаривать. На самом деле, мы не можем разговаривать. Это запрещено. Так что не бойтесь. Но если вы все-таки боитесь, то все в порядке. Можно вести себя как испуганный кот за клавиатурой, как сегодня, это нормально.
Хорошо, Брендон. Думаю, я смогу встретиться. Буду готова на следующей неделе.
Хотя, некоторые очевидно не готовы.
Осталось всего двенадцать учеников.
Четвертая неделя
Кофейня была точно такой, как выглядела в Zoom. Я нахожу место с табличкой с моим именем и кошачьей аватаркой (мы подготовили их в качестве домашнего задания). Я также видела кошачьи версии других участников. У кого-то был зомби-кот, у кого-то милый анимешный кот, и конечно, домашние и мемные коты. Я сажусь, беру горячее какао, открываю ноутбук и присоединяюсь к чату.
Наш преподаватель Брэндон сидит за соседним столиком. Он определенно видел, что я пришла, но не подает вида, не оглядывается, даже не бросает взгляд. У него тоже есть картинка с котом, пушистым, рыжим, полосатым котом. Кот-Брендон. По правилам, он тоже не может говорить.
Хорошо. Просто кучка чудаков с кофе и изображениями котов, которые сидят и ничего не делают.
Проверка. Я могу это сделать. Как бы я хотела не потеть так сильно. Живот скрутило.
Примерно половина учеников уже были здесь, и я была удивлена разнообразием. Женщина за тридцать в спортивном костюме, мужчина лет около пятидесяти, девочка-подросток, единственный человек младше меня, бледная, с испуганными грустными глазами, одетая в готическом стиле, включая смоки-айс. Один парень по имени Джордж пришел позже и нервно сказал всем, кто сидел на месте:
– Привет, привет.
Мы все ошеломлены. Джордж, мы – коты. Нельзя нарушать правила! Не говори. К счастью, Джордж оглядывает комнату и захлопывает рот.
Пальцы Брэндона стучат по клавиатуре.
BRANDON: Все здесь! Хорошо. Давайте начнем…
Четвертая неделя (после занятия)
Вся эта кошачья штука оказалась забавной. В чате Брэндон спросил нас, почему мы выбрали именно таких котов. Мы могли спасовать или ответить. Затем Брендон разбил нас на пары, чтобы познакомиться друг с другом или побыть “тихими котиками”, если не хочется разговаривать. У меня даже появился один друг!
Goth Girl (это ее ник, но я зову ее ГГ) стала первым человеком, с которым я была в паре. Она примерно моего возраста, так что с самого начала меня как бы тянуло к ней. И она вроде как милая, и… окей, будем реалистами, я бы никогда не подошла к милой девушке в реальной жизни. Но, например, в чате?
Я спросила ее про кошачью аватарку, на которой был супер жуткий монстр, если честно, совсем не похожий на кота. Она очень нервничала и предложила мне начать первой.
FROGGER: Эм, окей. Ну, я выбрала кота в лягушачьей шляпе, потому что у меня какое-то странное лягушачье лицо.
ГГ украдкой взглянула на меня через стол, затем быстро опустила глаза и напечатала:
GG: 🤭не думаю, что ты выглядишь как 🐸. Ну… может только чуть-чуть.
FROGGER: Все в порядке. Я это знаю и абсолютно принимаю. Эй, знаешь, почему лягушки так счастливы быть лягушками?
GG: ?
FROGGER: Они едят все, что их раздражает!* 🐸… Я нашла это в сборнике анекдотов. Так что насчет твоего кота из самых жутких ночных кошмаров, который очевидно не кот? Ты сама нарисовала?
GG: Да.
FROGGER: У тебя талант! Я впечатлена. Мой единственный талант – выглядеть как лягушка и шутить лягушачьи каламбуры… и стрелять! Я только что поняла, какой ник должна была взять!
GG: ?
FROGGER: Лягушка-отшельница!** 🐸
GG: 🤭
BRANDON: Итак, пришло время всем поменять собеседников. Заканчивайте диалоги.
FROGGER: О, проклятье. Что ж, было приятно поболтать, ГГ! Можно я буду звать тебя ГГ? Еще мне очень понравился твой рисунок. С нетерпением жду нашей следующей беседы!
GG: Мне тоже 😊 береги себя лягушонок 🐸
Ладно, это не настоящий разговор. Но технически мы были в реальной жизни, а значит, я общалась в реальной жизни с девушкой, не мамой и не своим отражением. Симпатичной девушкой. Вперед!
Пятая неделя
Сегодня у нас разговорное занятие, и мысль о том, что я буду разговаривать с ГГ вслух, а не через экран, так ужасает, что меня бросает в пот. Пот над верхней губой. Подмышечный пот. Подсисечный пот. Боже. Я никогда не смогу с ней встретиться. Если только под дождем, чтобы она не заметила, как я потею, но зачем нам встречаться под дождем? Я обречена. Может быть, я пошучу о своих исключительных потовых железах и о том, что лягушки влажные.
Нет! Не используй слово влажные! Боже, я хочу оттолкнуть ее навсегда?
Почему, почему я такая неудачница?
Я вытаскиваю все из шкафа в поисках подходящей одежды, чего-то, что волшебным образом сделает меня милой. И останавливаюсь на зеленом худи с лягушачьими глазами на верхушке капюшона, который застегивается на лице, как лягушачий рот, позволяющий мне спрятаться, когда я неизбежно опозорю себя на весь мир. Идеально.
По дороге на занятие, меня охватывает такое сильное беспокойство, что я чувствую на себе пристальный взгляд. Но когда я оборачиваюсь, позади никого нет. Это просто нервы.
В кофейне я нахожу новый двухсторонний бейдж. На одной стороне написано “Frogger”, на другой кошачья аватарка. Брендон говорит нам, что кошачья сторона означает тишину. Сторона с именем означает разговор. Он призывает нас начать с имен и переворачивать, только если потребуется перерыв.
Половина курса все равно начинают с котов. Нас осталось всего восемь.
“Влажные”, – продолжала я думать в своем жарком худи, желая навсегда выбросить это слово из головы, но, к сожалению, это то, кто я есть и как себя чувствую.
Влажные, влажные, влажные. Убейте меня.
Когда меня не ставят в пару с ГГ, я вздыхаю с облегчением, хотя мне отчаянно хочется посмотреть в ее красивые грустные глаза и пошутить:
– Смотри! Мы принцесса и лягушка, только лягушке никогда не становится жарко!
Вместо этого я в паре с парнем, на табличке которого написано “Dark Lord”. Он высокий, сутулый и у него такой, эм… мрачный… взгляд. Он похож на Кайло Рена, но более скучный и гораздо менее придурковатый. Его аватарка – низкого разрешения черный кот с глазами-лазерами. Нам раздали карточки для бесед, чтобы облегчить общение, но он только смотрит в свои карточки, избегая зрительного контакта. Наконец, он бормочет:
– Я остерегаюсь ее.
– А? – не поняла я.
– Разве ты не заметила? – *усиленный взгляд в карточки* – Она не дышит.
Несмотря на то, что я потею в своем худи, внезапно мне становится холодно. Я пытаюсь украдкой взглянуть на ГГ. Когда я снова смотрю на парня, он глядит в ответ с такой жгучей напряженностью, что у меня по коже бегут мурашки, но он быстро опускает взгляд и краснеет. Вероятно, он действительно не может смотреть никому в глаза.
После нескольких перемен партнеров, ГГ становится моей последней собеседницей на сегодня. Ее бейдж все еще повернут кошачьей стороной, и она выглядит совершенно разбитой после упражнения в разговоре. Очевидно, она просто не может заставить себя издать хотя бы писк. Ее лицо покраснело, а на глазах выступили слезы, и хотя ее очередь начинать читать вопрос с карточки, очевидно, она не в состоянии это сделать.
Мне в голову приходит идея, я протягиваю руку и указываю на верхний вопрос в ее списке: КАК ТЕБЯ ЗОВУТ? Затем указываю на себя, дергаю лягушачье худи и рисую пальцем круг вокруг своего лица. Лягушачье лицо.
Она смотрит на меня из-под опущенных ресниц.
Я указываю на первый вопрос своей карточки: ОТКУДА ТЫ? Она качает головой. Я пробую еще одну, отсеивая сложные вопросы, и протягиваю ей вопрос: ЧТО ТЕБЕ НРАВИТСЯ?
Она смотрит на нее, а затем указывает на меня.
– Тебе нравлюсь… я? – слова срываются с губ. Ее глаза расширяются, и я внезапно осознаю, что она имела в виду.
– О! О, Боже! Ты просишь меня ответить, что нравится мне. Не говоришь мне, что ты… нравится… оххх…
Я застегиваю худи, так что теперь она видит только лягушачью маску. Мои щеки горят. В этом помещении действительно невыносимо жарко. Думаю, я могу умереть прямо здесь. Но затем сквозь шум в ушах я слышу звук, который заставляет мое сердце замереть – очень тихий звенящий смех. ГГ смеется.
Я все еще собираюсь провалиться сквозь землю, когда приду домой. Но, по крайней мере, я умру, зная, что смогла ее рассмешить.
Вылезая из своего мешка, я смотрю на ГГ, а она смотрит на меня. Она указывает на ту самую карточку с вопросом, а затем на меня, отворачивается и быстро выбегает наружу.
Пятая неделя, после занятия
Я уже направляюсь домой, когда позади меня звучат колокольчики, дверь кофейни открывается, и бариста кричит:
– Эй!
Я уже нахожусь в своем интровертном пузыре (хотя будем честны, я всегда в пузыре), и громкий оклик баристы ввергает меня в панику. “О, нет” – думаю я. Ладони потеют, а горло пересыхает. К несчастью, я уже установила зрительный контакт, так что ловушка захлопнулась. Внезапно, я замечаю, что он размахивает планшетом с наклейками. Этот планшет принадлежит ГГ. Наконец, до меня доходят слова, срывающиеся с его губ:
– … кто-то из твоих одногруппников забыл планшет!
Не зная, что еще делать, я протягиваю руку.
Вспыхивает внутренний монолог: “Что, если он подумает, что ты пытаешься его украсть? Что, если он воспользуется возможностью завязать разговор? Тебе придется притвориться, что ты теряешь сознание, а когда он пойдет за водой, ты проснешься и убежишь…
Но работник улыбается и говорит:
– Спасибо, – протягивает мне планшет и отправляется обратно, а я выдыхаю с глубочайшим облегчением.
… ну, я пережила это.
Небо над головой глубокого пурпурного цвета, звезды только начинают мерцать, и пока я успокаиваюсь, оглядывая улицу в поисках ГГ, они словно сияют специально для меня. Я замечаю вдалеке ее маленькую фигурку, и следую за ней. Наконец у меня нет ощущения, что на меня смотрят, наблюдают за мной. Должно быть, это потому, что мои нервы наконец-то успокоились… Я становлюсь лучшей, более смелой версией себя? Я представляю, как протягиваю ей планшет, наши руки соприкасаются… (НЕТ! Она одернет руку в отвращении и даже мои фантазии закончатся провалом…) Представляю, как улыбаюсь и засовываю потные руки обратно в карманы после того, как отдам ей планшет и предложу проводить ее домой.
… но с каждым шагом я ощущаю все меньше романтики и все больше чувствую себя сталкером. Если бы она только обернулась на секунду, я бы могла ей помахать!
Мне следует просто пойти домой и продолжить общение онлайн, я так и собираюсь сделать, как вдруг приходит уведомление.
DARK LORD: смотри
DARK LORD: [pic] [pic]
Я нажимаю на ссылки и открываются два изображения, на которые я несколько секунд разглядываю в замешательстве. Первое – это фотография выпускников 1993 года, с вышедшими из моды прическами и одеждой. Второе – фото выпускницы из того же альбома, подписанная Женевьева Грейсон.
Женевьева выглядела в точности как ГГ.
FROGGER: Вау… это ее мама?
DARK LORD: ты идиотка? Это ОНА.
Его уверенность том, что девушка из выпускного альбома тридцатилетней давности – это ГГ, кажется смешной. Должно быть, это кто-то из родственников. Девушка выглядит в точности как она, но невозможно, чтобы это была сама ГГ. И все же… по спине бегут мурашки, потому что это не просто сходство. Они выглядят… ну, одинаково. Здесь что-то не так. Что-то не…
Взгляд. Я чувствую, что за мной наблюдают.
Я оглядываюсь и кладу планшет в сумку. След ГГ потерян. Я напишу ей о планшете позже. Но сейчас… сейчас я разворачиваюсь и спешу домой, и определенно слышу позади шаги. Уверена, за мной наблюдают, преследуют. Подбираются все ближе и ближе… между тем на телефон снова и снова приходят уведомления. Я рискую взглянуть, и вижу, что мне пишет Dark Lord.
DARK LORD: Разве ты не заметила? Количество учеников продолжает сокращаться?
DARK LORD: Я взял у преподавателя список группы. Ну… украл.
DARK LORD: Неважно. Люди не бросают курс.
DARK LORD: Они ИСЧЕЗАЮТ. Я нашел объявления о пропавших людях.
DARK LORD: Я пытался сказать куратору, но он посчитал меня конспирологом.
DARK LORD: Так что я искал сам. Та девушка, которая тебе нравится… Frogger, в списке ее имя – Женевьева Грейсон. Так же, как в альбоме. И что, ты думаешь, я нашел о Женевьеве?
DARK LORD: … Frogger? Ты еще здесь?
DARK LORD: Вот дерьмо, ты дома? Ты в безопасности? Frogger? Отправляю тебе на почту.
Я бегу, телефон лежит в кармане. Тени… кажется, тени сгущаются вокруг меня. Ощущение, что за мной наблюдают, усилилось настолько, что, клянусь, я вижу глаза, глядящие на меня из темноты. Холод пронизывает до костей, и пока я бегу, глухой звук шагов или отдается эхом, или…
ТУК-тук-ТУК-тук-ТУК-тук
…или вторая пара ног следует прямо за мной, почти неслышимая из-за громкого эха.
Кто-то бежит за мной, почти в моем темпе… но совсем чуть-чуть, с каждым шагом…
… подбираясь.
Наконец появляются очертания моего дома. Накатывает облегчение, и я бросаюсь навстречу яркому свету огней здания. На секунду я чувствую присутствие ледяного холода, как будто ветер дует мне в спину, а затем я внутри, бегу по лестнице, врываюсь в квартиру, захлопываю за собой дверь и запираю ее. Несколько секунд спустя я наконец беру телефон в дрожащие руки.
FROGGER: Я дома. Думаю, меня кто-то преследовал.
FROGGER: Что ты собирался мне рассказать о Женевьеве?
Ответа нет, так что я иду к компьютеру и вбиваю запрос “Женевьева Грейсон”. От увиденного кровь стынет в жилах. Потому что я нахожу ее выпускное фото. Женевьева Грейсон выглядит абсолютно как ГГ. Но…
Если верить Google, Женевьева мертва уже тридцать лет.
Шестая неделя
Мне действительно страшно. Очень страшно. На следующее утро я пытаюсь связаться с Дарк Лордом, но он не отвечает. В электронном письме, которое он отправил мне накануне вечером, были вложены сообщения о пропавших людях. Они совпадали со списком имен и контактами наших одногруппников, которые он украл у куратора.
Он был прав насчет исчезновения наших однокурсников.
Но самую худшую новость я узнала позже, читая местные новости, Я искала другие сообщения о пропавших людях, и там был заголовок, который привлек мое внимание.
ИЗУВЕЧЕННОЕ ТЕЛО МУЖЧИНЫ НАЙДЕНО РЯДОМ С КВАРТИРОЙ
Тело Ксавьера Родригеза, двадцати семи лет, было найдено выпотрошенным рядом с его квартирой в ночь на понедельник…
Глядя на фото мужчины в газете, я чувствую, как сердце уходит в пятки. Потому что это Дарк Лорд, глядящий своим напряженным взглядом, на руках у него кот – черный кот с глазами-лазерами с его аватарки. Вероятно, это был его настоящий домашний кот… и эта маленькая деталь делала происходящее ужасающе реальным. Я должна позвонить в полицию? Рассказать, что в ночь смерти Ксавьер пытался меня о чем-то предупредить? О, Боже… Я никогда не смогу пережить допрос!
Я подумываю рассказать Брендону, но Ксавьер уже пытался, и его заклеймили конспирологом.
К началу урока я ничего не сделала. Я жалкая, знаю. Я прихожу в кофейню почти на час раньше, над головой звенит колокольчик, и бариста улыбается в знак приветствия. Я киваю в ответ. И замечаю Брэндона, его лицо радостно просияло.
– Фроггер! Ты рано. Я еще не заказал напитки. Хочешь заказать себе сама? Или ты сегодня тихий котик?
– Можно с тобой поговорить?
– Конечно, – он подходит и садится со мной за угловой столик, наклоняется и спрашивает в своим мягким тоном. – Что случилось?
Я бешено потею в своем лягушачьем худи. Наклоняюсь к Брэндону, он озабоченно хмурит брови, и я выпаливаю:
– Ксавьер думал, что мы все в опасности, а теперь он мертв, и мы должны позвонить в полицию и устроить засаду Женевьеве потому что… она не дышит.
Ох. Он уже выглядит так, как будто не верит мне. Мое лицо краснеет и горит. Я открываю мессенджер и показываю ему переписку с Ксавьером, выпускное фото Женевьевы и статью про смерть Ксавьера.
– Я не знаю, что сказать, – признает он, качая головой, когда к нему возвращается дар речи. – Все это так…
После паузы он спрашивает:
– Почему ты рассказываешь мне только сейчас? Разве тебе не удобнее общаться по переписке?
– Я не хотела, чтобы она узнала, и боялась, что она может как-то… Не знаю. Я имею в виду, Ксавьер взломал тебя и получил доступ к списку группы.
– Что?!
– Я просто не хотела, чтобы она узнала заранее и пришла за тобой или за мной, – я опускаю глаза. Чувствую себя как предатель, говоря о ГГ в таком тоне. Мне приходится напоминать себе, что она не ГГ. Она Женевьева. И ей намного-намного больше девятнадцати лет.
– Ты была в полиции? – спрашивает Брендон.
Я качаю головой.
– Я уверена, что они просмотрят его почту и сообщения, чтобы найти убийцу. На самом деле, мне нечего добавить, – я умалчиваю, что у меня едва получилось рассказать правду Брэндону, не говоря уже об офицерах в комнате для допросов. Вероятно, я выглядела бы виновато, и они бы подумали, что я имею к этому какое-то отношение, а затем арестовали бы меня за убийство, а я была бы слишком напугана, чтобы защищать себя… и пока мой разум все глубже погружался в эту бездну, Брэндон снова заговорил:
– ...Я сообщу всем, что урок переносится до дальнейшего уведомления. А ты отправляйся домой. И напиши мне, когда доберешься. Хотя… – Он потирает подбородок. – Я лучше провожу тебя. Пойдем.
Мы выходим на улицу. И хотя поверх худи я укутана шарфом, от пронизывающего ветра слезятся глаза. Брэндон расспрашивает меня об исчезнувших одногруппниках, кому еще я рассказала, а я бормочу ответы, как вдруг по телу пробегают мурашки…
– Что случилось? – Брендон останавливается.
– Взгляд, – шепчу я, – кто-то за нами наблюдает…
Он оглядывается по сторонам.
– Тебе, наверное, показалось. Здесь никого нет.
Я настаиваю на том, что мне не показалось, он задумывается на секунду, а потом хватает меня за запястье и тащит бегом, сказав, что мы должны срезать. Мы проворно ныряем в переулок. Я все еще слышу эхо шагов, чувствую тяжесть взгляда. Но когда мы сворачиваем за угол, все исчезает. Брэндон уходит все дальше от улицы, вглубь переулка, и, наконец, останавливается у мусорного контейнера позади здания, похожего на склад.
– Все еще чувствуешь взгляд? – спрашивает он.
Я качаю головой.
– Это хорошо, – говорит Брендон своим мягким, успокаивающим голосом. – Я бы не хотел, чтобы нашлись свидетели твоей неминуемой кончины.
– … а? – его слова доходят до меня слишком поздно.
И вот я уже на полу, хватаю ртом воздух, потому что он пригвоздил меня к земле. Он улыбается, и его зубы такие длинные… острые… и их слишком много, чтобы поместиться у него во рту.
Он поднимает руку, чтобы вытереть слюну, стекающую по подбородку, и в его глазах появляется звериный блеск.
– Ксавьер подобрался слишком близко, – говорит он. – Я должен был избавиться от него. И я не знал, что он поделился с тобой своими находками. Общая черта социофобов, которая делает вас такой замечательной добычей – это то, что вы никогда не обращаетесь за помощью… каждый раз, в каждой группе. Если у кого-то возникают подозрения, хотя их обычно нет, но если все же возникают, вы всегда приходите ко мне. Жаль, Фроггер. Ты добился значительного прогресса. Я бы гофдифся тобой, ефли бы ты не пафла так вкуфно…
Его зубы стали слишком длинными, чтобы помещаться у него во рту, и теплые капли падали на мое лицо…
И тут возвращается взгляд. Наблюдающий за мной. Раздаются тихие шаги.
Я смотрю за спину слюнявого профессора, и вижу, что за ним стоит бледная девушка с готическим макияжем.
Брендон поворачивает голову.
– Хмфф?
Она смотрит на меня. Потом на Брендона.
Он вытирает лицо, и клыки втягиваются достаточно, чтобы прорычать:
– Приятно, что ты присоединилась к занятию, Женевьева. Моя худшая ученица рядом с лучшей. Ты знаешь, что твоя однокурсница считает тебя бессмертной? Жаль, что у нее нет моего обоняния, иначе она бы все поняла, – он делает глубокий вдох и улыбается. От этой улыбки его лицо становится шире, чем это возможно, обнажая ряды зубов,врезающихся глубоко в череп. Затем он просит ее подождать и не убегать, заставляя его преследовать ее. – Я ненавижу бегать перед ужином.
Он поворачивается ко мне и открывает рот так широко, что может проглотить мою голову целиком…
– Стоп.
Это первое слово, произнесенное ГГ, пусть и шепотом
К моему изумлению, Брендон действительно останавливается. Он моргает и оборачивается.
– Что это? – он смотрит на нее, его глаза расширяются, ноздри раздуваются, и он принюхивается, словно учуяв что-то в ее дыхании.
Она глубоко вдыхает, стискивает кулаки и кричит:
–СТОП!
Мир взрывается.
Я не знаю, как это описать. Как будто слово покидает ее тело и превращается в воздухе в огромную массу тьмы, тень обретает форму, и в то же время ее настоящее, человеческое тело сжимается, как сдутый воздушный шар. И то, что возникает из ее голоса, разрастается как чернильное пятно, поднимаясь все выше над нами, и всего на мгновение оно вырисовывается, сплошь черное, за исключением слегка заостренных ушей и белых проблесков, должно быть, зубов, и я узнаю это,“кота”, который был на ее бейдже. Кот-ГГ. То есть, конечно, это не кот, и никогда им не был. И, очевидно, теперь, когда монстр освобожден ее голосом, Брендон чует его, потому что за мгновение до того, как тьма окутывает нас, он прыгает и с поразительной ловкостью устремляется вверх по стене здания.
Но эта жидкая тень так же быстро поднимается вверх, и его крики превращаются в бульканье. Раздается хруст и хлюпанье, и на меня дождем проливается кровь.
И затем я слышу крик, на этот раз свой собственный. И бегу. Бегу так быстро, как только позволяют ноги.
Выпускной
Тело Брендона так и не было найдено. Он числится без вести пропавшим. Как и все мои однокурсники. За исключением Ксавьера, насколько я понимаю, Брэндона прервали, и он сбежал, чтобы не быть пойманным.
Прошли недели, а я все еще никому об этом не рассказывала. Кому я могла рассказать?
По иронии, хоть занятия с Брэндоном не сделали меня экстравертом, мне стало проще, например, покупать продукты. Думаю, после последнего смертельного урока, ну… Я обнаружила, что в мире есть вещи пострашнее светской беседы (хотя она все еще входит в топ-10).
О, и еще мне написала ГГ.
GG: Привет.
GG: надеюсь, ты в порядке, лягушонок, извини, что напугала тебя.
ME: Извини, что думала, будто ты виновата в исчезновении людей. Брендон меня одурачил :(
GG: все в порядке.
ME: Так это ты преследовала меня все это время? Наблюдала за мной?
GG: Да
МЕ: Ты знала, кто такой Брендон, и пыталась защитить меня?
GG: если честно, я понятия не имела ничего о преподе. Просто… Я следила за тобой, потому что ты мне нравишься. Ты вроде милая. Прости, я не должна была тебя преследовать.… Просто я взяла курс, потому что у меня нет друзей…
МЕ: О… ну, я даже рада, что так получилось. Если бы ты этого не сделала, наверное, я была бы мертва.
GG: ты не злишься, лягушонок?
ME: Нет. На самом деле, я, эм… Я тоже следила за тобой однажды ночью. Я не пыталась тебя преследовать, но ты забыла планшет.
МЕ: Так… ты не будешь пытаться съесть меня? Попробовать лягушачьи лапки на ужин?
GG: нет
МЕ: А как насчет этого супер страшного монстра? Кот-ГГ?
GG: Если я не использую голос, он спит.
МЕ: Так мы можем быть друзьями?
GG: Да
МЕ: Хорошо. Что ж… Я должна вернуть тебе планшет, так что.... Как насчет того, чтобы встретиться на следующей неделе? Как… как на занятии? Я закажу напитки, чтобы тебе не пришлось говорить. Мы можем назвать это нашим выпускным!
GG: 😊 да, пж
МЕ: мы отлично проведем время 🐸
(Заткнись, она считает мои шутки милыми).
Так. Моя новая подруга, возможно, монстр. И она съела нашего преподавателя. Но знаете что? Мне норм.
* Игра слов: bugs – жуки и bugs – раздражать.
** Лягушонок Кермит созвучно с hermit – отшельник.
~
Телеграм-канал чтобы не пропустить новости проекта
Хотите больше переводов? Тогда вам сюда =)
Перевела Регина Доильницына специально для Midnight Penguin.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
Как ни странно, большой морской дракон не является ни большим, ни драконом. И всё же, его стоит бояться — эта рыба ядовита! «Подумаешь, — скажет читатель, — ядовитых видов в мире тысячи. Какой смысл мне бояться очередную токсичную мерзость с другого конца света?». И он окажется абсолютно неправ, ведь морской дракон обитает на побережье Чёрного моря. Это одна из самых ядовитых рыб в Европе!
А знаете, что самое подлое? Все нормальные животины, использующие яд для самозащиты, специально маркируют себя яркими цветами. Это выгодно всем: хищники не рискуют проглотить токсичную добычу, жертвам не приходится зализывать раны и снова накапливать яд. Наш герой — не такой, он страшный тихушник.
Небольшая, до 500 грамм веса, рыба оделась в маскировочную чешую и большую часть жизни проводит на дне, зарывшись в песок по самые глаза. Наружу только они и выглядывают. Если не присматриваться, то дракончика легко перепутать с безобидным бычком. Главное оружие и основной опознавательный признак рыба скрывает до последнего. Чёрная «корона», окропленная кровью врагов, — вот где кроется вся проблема.
Костные шипы, когда-то бывшие частью спинного плавника, превратились в серьёзное оружие. Они достаточно толстые и прочные, чтобы пробить ступню невнимательного туриста, но это ещё полбеды. Снаружи иглы покрыты тонкой кожей, а между ней и костью лежат ядовитые железы. Как только невнимательный купальщик наступает на дракончика, кожа «короны» рвётся, и токсин попадает в кровь. Причём опасной рыба остаётся даже после смерти — железы хранят яд несколько дней.
Дракотоксин — основное действующее вещество яда. Штука это жутко неприятная: она травит сразу двумя способами. С одной стороны, яд разрушает эритроциты, а с другой — нарушает работу мускулатуры, сердца и нервной системы. Больше всего такой удар бьёт по лёгким и сердцу: дышать становится тяжелее, а усвояемость кислорода падает. Отрава приводит к тяжёлой аллергической реакции. Но в особо тяжёлых случаях — к гибели.
Чаще всего жертвами ядовитых рыбёшек становятся рыбаки. Оказавшись на земле, дракончик неистово бьётся и колет всех, кому не повезло оказаться рядом. Но обычные отдыхающие тоже под прицелом. Вот пара советов, чтобы никакие токсики со дна не испортили ваш отдых!
Самый простой из них — ходить по побережью в тапочках. Впрочем, если вы ходите по песочку на глубине более 150 метров, это правило можете игнорировать, так низко драконы не опускаются. Ночью пляжи тоже становятся безопаснее, в это время драконы свободно плавают в толще воды, ищут пропитание: небольших ракообразных и моллюсков.
Вы дополнительно снизите вероятность поражения отравленной заточкой, если будете купаться на официальных пляжах. Да, знаю, они шумные и тесные, но животные там не остаются. Ни одно животное не станет по доброй воле жить рядом с местом, в котором колотят воду ногами тысячи людей в день.
Если дракон всё же нанёс удар, срочно обращайтесь к врачу! Рану стоит промыть и ждать медиков. После первой помощи, если нет осложнения, отёк может ещё весьма сильно болеть несколько дней.
Случаи ранений людей редки, слишком сильно переживать по поводу дракончика не стоит. Вся эта информация лишь для того, чтобы турист мог определить причину недуга в случае происшествия. В 99% случаев достаточно быть внимательным и не лезть трогать неизвестных животных.
Автор: Ярослав Ильин
Редактор: Елизавета Исаева
Опубликовано в сообществе: Книга животных
Это замечательное место называется остров Отдыха. Тут действительно созданы все условия для спорта и отдыха. Множество спортивных объектов. Гигантский массив леса. Но не все горожане это ценят. Отдыхают как умеют. Чтож... Так как я приехал с миссией. Хочу каждое место делать лучше, чем оно было до меня. Сутра принялся за работу, пока 30 градусная дара не активизировалась.Почистил от мусора пару сотен метров берега Енисея. Самое сложно было, как обычно, перетащить мешки к месту, откуда их заберут коммунальные службы. Суммарно находил с мешками 6 километров. Таская их короткими перебежками.Конечно, я не очистил весь остров. Мусора еще много. Предлагаю Красноярцам продолжить мой челлендж
Из-за быстрого заживления
Рубец обычно образуется на месте обширной раны или когда смыкание ее краев нарушается движениями. В этих случаях регенеративные механизмы не восстанавливают полноценно кожу с ее сложной структурой, а торопятся заделать «пробоину», чтобы через нее не попала инфекция. В итоге на месте повреждения образуется простая соединительная ткань, основой которой служат волокна коллагена.
Такая «заплатка» формируется быстро, она прочна, плотна, эластична. Но в ней нет потовых желез, волосяных луковиц и пигментных клеток, обеспечивающих загар.
Можете меня поздравить) Сегодня успешно перевез все посты которые я публиковал на Пикабу.
Надеюсь кого-то это заинтересует и он почитает и посмотрит мои посты.
