Возможно, прочитав название поста, вы подумали, что дальнейший пост будет про какого-нибудь условного Шиншиллового британца Лорда Пендлтона, прибывшего параллельным импортом из Туманного Альбиона, чьего прадедушку когда-то в 90-х погладил сам Принц Чарльз?
Типа такого?
Но нет, вынужден обмануть ожидания, потому что речь дальше пойдет о вот этом, объективно, несуразно выглядящем, звере.
Примерно в таком виде киса была обнаружена нами во время прогулки под одним из подъездов. Но обо всем по порядку.
Абзац в качестве предисловия. Год назад, после переезда в новый район, мы с девушкой заметили, что в нем проживает очень много кошек. Впрочем, оно, наверное, и не удивительно, зелёный район на севере Москвы, со множеством старых хрущёвок с подвалами, которые уже потихоньку сносят в рамках реновации, но основной жилой массив ещё стоит. Но в любом случае, такой большой концентрации уличных кошек я не видел в других местах проживания, по дороге от дома к метро счёт увиденных котов мог уходить на десятки. Я практически все свое несовершеннолетие прожил в компании домашних кошек, поэтому во мне воспиталось к ним некоторое расположение и понимание. У моей девушки в жизни не было кошек, поэтому она относилась к ним скептически и с подозрением. Но, со временем проживания вместе в этом районе, она, не без моего содействия, начала больше обращать на них внимания, и как-то проникаться их жизнью и повадками. И вот где-то с весны мы начали периодически подкармливать наших дворовых кошек едой, просто по дороге куда-то, если увидим кошку, которая от нас не убегает и выглядит так, будто ей бы не помешало покушать, то даём ей пакетик корма. Кто-то может быть против подкармливания и разведения уличных котов, но их и так там всюду подкармливают, и мы просто присоединились ко "всеобщему районному увлечению". Ну и лично я для себя решил, что, во-первых, это не бродячие собаки, они маленькие, почти не сбиваются в стаи и держатся в основном на почтительном расстоянии от человека, а их отходы обычно малы и подкопаны где-нибудь в кустах, поэтому особо никому не мешают, а во-вторых, возможно они помогают с мышами в районе, я их изредка видел в темное время суток. Поэтому, решил я, что пользы от этой популяции кошек больше, чем вреда, и можно их подкармливать.
Однажды, в первой половине прошедшего августа, мы с девушкой шли вечером по улице, как обычно взяли с собой несколько пакетиков с кошачьей едой, чтобы покормить котиков. И случайно, прямо рядом с нашим домом, где обычно коты не ходят, мой взгляд упал на темное пятно, сидящее под крыльцом заднего выхода из пятиэтажки. Мы подошли, и увидели, что это пятно - ни что иное, как котик, съежившийся и прижимающийся к стене. Как только мы подошли, сразу заметили несколько странностей. Котик, в отличие от других районных уличных котов, сразу встал и пошел к нам, шатаясь из стороны в сторону, и слабо мяукая. При ближайшем рассмотрении было видно, что котик явно помотан жизнью, глаза гноятся и не открываются, мы даже сначала подумали, что он слепой. Пока выдавливали пакетик, котик тёрся головой об руку и мяукал. Рукой чувствовалось, что под шерстью у него очень много бугорков, как от блох, а так же, что он практически "кожа да кости", очень сильно худой. Когда дали ему еду, он почахнул над ней, как Кощей над златом, где-то минуту, потом начал неохотно кушать. Мы посмотрели ещё немного, убедившись, что он кушает, и пошли по своим делам. Тогда я предположил, что, скорее всего, котик пришел в это место помирать, так как я знал, что они так делают, уходят куда-то в укромное место и тихонько умирают. Так же я заметил, что этот котик отличается от наших местных районных обитателей. Остальная популяция кошек на районе выглядит примерно одинаково: короткая шерсть, пестрая или тигровая, либо пятнистая бело-пестрая или бело-тигровая окраска. Этот котик выглядел совсем не так, шерсть средней длины, пепельного цвета, на каждой лапке по белому носочку и белый воротничок. Если он уличный, то точно не из здешних мест, подумал я. Но уже тогда начали закрадываться подозрения, что, возможно, он домашний, какими-то образом оказавшийся на улице.
Ночью того же дня, возвращаясь домой, мы снова подошли на то же место, и котик так же сидел в там, и так же пошел навстречу, как только мы подошли, уже меньше качаясь. Всю еду он скушал, мы дали ему ещё еды и налили водички, погладили, посидели рядом под его мурчание. Девушка даже пустила слёзку, от жалости. Мы решили, что следующим утром мы должны снова придти и проверить его.
На следующее утро, как договаривались, мы пришли в то же место, и снова встретились с ним. Тогда и была сделана верхняя фотография. Ночной пакетик корма он явно пожевал, но не доел, и тот засох, поэтому мы дали новый. При дневном свете всё-таки он открыл глазки, но они были все в гное. Тогда мы начали думать, что же с ним делать, ибо в третий раз уходить просто так уже как-то чувствовалось плохо. Мы сделали несколько фотографий, и отправились в ближайшую ветеринарку, проконсультироваться, что с ним и можно ли принести, что-то сделать.
В ветеринарной клинике врач по этим фото сказал, что мы можем его принести, но максимум, что он может сделать, это взять анализы в коридоре, так как кот скорее всего инфицирован, то они не могут его вносить в помещения ветеринарки, и что для таких случаев нужно помещать животное в стационар, которого у них нет. Мы обзвонили несколько стационаров по северу Москвы, в одном из них нас были готовы принять в тот же день, через полтора часа. Мы купили кошачью переноску, вернулись, котик сидел на своем месте, посадили его в переноску и поехали в клинику. Котик явно недоумевал, но достаточно спокойно принимал свою судьбу. Пока ехали, мне пришел в голову глупый каламбур называть котика Дивуар, чтобы было как страна, Кот-Д'Ивуар. По прибытии в стационар нужно было заполнить договор, в котором обязательно нужно было указать кличку, хоть временную. В моменте ничего в голову не приходило, и я вписал Дивуар. В клинике выяснилось, что котик оказался кошечкой, поэтому кличка практически сразу перестала быть актуальной даже в формате каламбура.
В клинике ее сразу начали обследовать-осматривать. За короткий осмотр было выяснено, что вес у нее снижен в половину от нормального для ее размера, она весила 1.8 кг. Обнаружены сильные блошиная и глистная инвазии, кишечные, вирусные и респираторные инфекции. На фоне большого количества блох и слабой иммунной реакции у кошки возникла анемия и микоплазмоз. Но никаких новообразований или других повреждений обнаружено не было. Дыхание оценить оказалось затруднительно, потому что она начинала мурчать, как только ее брали в руки. С сердцем все в порядке. Общее состояние оценивалось как тяжёлое, но стабильное. Лечение в среднем оценили до 15 тысяч рублей в день, с улучшением состояния сумма может уменьшаться. Так же по общему состоянию было оценено, что ей примерно 2-4 года, что нас обрадовало, потому что мы надеялись что она болеет не от старости и сможет легче выздороветь и дольше прожить с нами.
В связи с анемией врач сделала быстрый анализ крови и сказал, что нужно переливание: "Там не кровь, там почти вода". Они начали обзванивать другие клиники на предмет наличия нужной крови. Нашли в одном месте, 40 мл, но, как зала врач, этого должно пока хватить. Нам дали капсулу с образцом кошачьей крови вместе с хладоэлементом, и сказали срочно ехать туда, где нашли предварительно подходящую кровь. Мы приехали, там провели анализ на совместимость. К счастью, кровь оказалась подходящей. Мы выкупили ее, пакетик в 40 мл стоил 13 тысяч рублей, и поехали обратно на срочное переливание. Врач в стационаре сказала, что они сейчас начнут переливание, а мы можем ехать домой. Предупредила, что во время операции может случиться анафилактический шок, и есть вероятность, что питомца будет не откачать. Сказала, что за всю её многолетнюю практику такое случалось лишь один раз, и пациента удалось спасти, но предупредить она должна, и что нам будут докладывать о ее состоянии по вотсапу. Всю дорогу домой мы волновались, но как только приехали, нам сообщили, что все прошло без проблем.
На следующий день прислали видео, как она кушает и фото. С катетером на лапке, с помытыми глазками, но ещё грязная и худая.
Дальше в течение недели ее лечили, вводили инъекции, давали таблетки, усиленно кормили. В первые пару дней мы действительно платили по 15 тысяч за день, но потом, по мере отмены некоторых процедур и перевода в боксы меньшей категории, в связи с улучшением состояния, оплата растянулась на примерно 15 тысяч раз в два дня. К концу недели сумма уже подошла к 100 тысячам. Стационар - удовольствие не из дешёвых.
Фото из стационара, каждый день, который она там была. Прогресс налицо. В целом, кошка охотно ела, была очень ласковой и покладистой. В стационаре ей сделали анализы на вирус иммунодефицита кошек (ВИК) и вирусный лейкоз, они были отрицательными. Но с ними такая особенность, что они могут быть ложноотрицательными, и нужно сдать три раза через разные промежутки времени, чтобы быть точно уверенными.
Спустя неделю пребывания в стационаре нам разрешили забрать ее домой. К выписке кошка уже весила 2.3 кг, врач сказала, что идеально было бы поднять до 3 - 3.5 кг. К сожалению, нам также сказали, что пока что ее не стоит мыть до повторного приема через две недели, когда перестанем давать ей прописанные антибиотики, потому что иммунитет ещё слабый и это может повлиять на ее состояние.
Дома кошка очень быстро адаптировалась, практически не пряталась и не стрессовала. Сразу была готова покушать, ластилась, мурлыкала. Мы к ее приезду подготовились, купили игрушки, лежанки, лотки, миски. Игрушкам она предпочла крышки от молока и виноградины, что, впрочем, классика для кошек. Кошка начала набирать активность, играть, бегать. Пришло время придумывать уже постоянное имя, и девушка предложила имя Ниса. Ничего особо не означает, просто звучит приятно, и созвучно с "киса", легко называть. В итоге решили, что полным именем "по паспорту" будет Ниса Дивуар, но "для друзей" просто Ниса.
Ниса буквально за сутки приучилась к лоткам, "сходив не туда" всего два раза. Это, и то, что она очень контактная и ласковая, в отличие от районных уличных котов, ещё больше стало усиливать подозрение, что она была домашней.
Перед выпиской врач также сказала, что на повторном приеме нужно будет снова сделать УЗИ, так как Ниса может быть беременной, но на этапе выписки об этом ещё невозможно было сказать. За две недели между приемами кошка стремительно набирала массу, и ко второму приему уже весила 2.75 кг. Каждый день, утром и вечером, мы давали ей таблетки и мазь в глаза. Ей конечно это не нравилось, но проблем это никогда не вызывало, сопротивляется она крайне пассивно. В середине второй недели ее начало тошнить по утрам, и мы уж подумали, что это токсикоз и она действительно беременна. Уже начали думать, как быть с котятами, делать ли ей аборт, или дать родить и раздать. Но УЗИ на повторном приеме показали, что нет, она не беременна. Также за это время у нее так и не сфомировался стул, а значит, даваемые антибиотики не помогли в полной мере. Пришлось делать ректальный смыв и выяснять, что конкретно вызывает проблемы. После установления бактерии-виновника назначили другой антибиотик и прописали специальный корм, так что сейчас работа ее ЖКТ нормализуется. Второй анализ на лейкоз и ВИК тоже был отрицательным, осталось сдать ещё раз. Также в клинике Нисе наконец сбрили огромное количество колтунов на животе, и мы наконец-то смогли её помыть дома.
В клинике мы спросили врача, может ли Ниса быть домашней, на что врач ответила, что это вполне вероятно, так как обычно на уличных кошек блохи не оказывают такого сильного воздействия, как на нее, они более адаптированы. И что она вполне могла быть либо сбежавшей из дома, либо выпавшей из окна, либо выброшенной старыми владельцами на произвол судьбы.
Лично я на 95 процентов уверен, что она была домашней, по совокупности признаков. Она не похожа внешне на дворовых котов нашего района, она ведёт себя очень по-домашнему, она очень быстро адаптировалась к жизни дома, к лотку, не стремится убегать, и жизнь на улице нанесла ей гораздо больше урона, чем уличным кошкам. И, учитывая, что у нее не было никаких травм, и что она не стремится убегать из квартиры, и что за все лето я не видел ни одной листовки о потере кошки на районе, я склоняюсь к тому, что от нее могли избавиться. Ну или, конечно, она могла спрыгнуть с первого этажа где-нибудь в другом районе и скитаться по городу, пока силы не иссякли и пока она не остановилась у того заднего входа в пятиэтажку.
Как бы то ни было, теперь киса Ниса живёт с нами, лучшей кошачьей жизнью, стремительно набирает силы, окружена любовью и заботой. Не в пользу теории, что ее выбросили, говорит то, что как можно было избавиться от такой милой и приятной кошечки, ласковой, играющей, беспроблемной. Мимо лотка не ходит, мебель не дерёт, дебош не устраивает. Сейчас она идёт на окончательную поправку, дальше ждут прививки и стерилизация.
Теперь о том, во сколько она нам обошлась. Точных цифр мы не считали, но за все процедуры и лекарства, купленные для нее, мы отдали абсолютно точно больше 100 тысяч рублей. Хорошо, что у нас получилось разделять это пополам, но тем не менее, такие непредвиденные вложения точно возводят Нису в ранг премиальных животных. Не знаю, глупо и обоснованно ли это, или нет, и кто-то возможно посчитает это идиотизмом, тратить такие деньги на рандомную кошку с улицы, но тем не менее, приятно осознавать, что мы фактически спасли жизнь животному, и вместе с тем получили прекрасного любимого компаньона.
Спасибо всем, кто прочитал эту огромную стену текста!
