Эти змеи относятся к семейству ужеобразных и встречаются в Северной Америке. В частности, данная морфа — альбино с высоким содержанием красного пигмента — является редкостью и высоко ценится среди коллекционеров и любителей рептилий.

На своей территории белочка – практически неуловимая добыча. Поймать её могут разве что птицы, да и то благодаря эффекту неожиданности. А если вместо пенька было бы настоящее дерево, у лисы не было бы даже призрачного шанса!

Чтобы блистать на сцене и сводить с ума поклонников! А, вы про эту гагу спрашиваете, которая птица? Ну так ответ будет тот же самый: очки придают образу пернатых особый шарм, притягивают внимание как сородичей, так и биологов. А то, что вы читаете эту статью, лишний раз подтверждает притягательную силу очков очковых гаг!

Очковая, или фишерова гага — необычная птица из самого обычного семейства утиных. Вырастают очковые гаги в среднем до 1,6 килограмм — чуть больше, чем стандартная дикая кряква. Издалека они даже похожи: всё та же коричнево-пёстрая окраска у самок и бело-зелёно-чёрная у самцов. Но если удастся подойти поближе, пока они не улетели, сразу заметите изюминку вида — стильные белые очки вокруг глаз и «дутую» пернатую морду лица. Шутки шутками, но зачем птицам нужны такие украшения?

Ответ на этот вопрос скрыт где-то в бескрайних просторах Северного Ледовитого океана. И это сейчас не творческое преувеличение — мы действительно наверняка не знаем, зачем гагам очки. С меньшей вероятностью они защищают мордочку от морозных северных ветров, а с большей — играют свою роль в брачных играх. Но свечку из орнитологов никто не держал и брачных игр фишеровых гаг не наблюдал, поскольку, где их там посреди океана искать — пернатые почти всю жизнь проводят в океане и пары образуют там же.

Да это и не так важно, ведь самая сложная часть их жизни начинается на большой земле, когда парочки возвращаются выводить птенцов. Гнездятся гаги на побережьях Аляски и Северо-Восточной Сибири. Такой выбор геолокации делает очковых гаг одними из самых малоизученных птиц в мире, ведь на большой земле за пернатыми можно наблюдать всего 1-3 месяца в году. Да и это время они проводят на практически незаселённых и слабоизученных землях.

Гаги возвращаются на материк в мае-июне и сразу начинают искать место для гнезда, а задача это ну очень непростая. Северные края жестоки, а гаги — птицы мирные, интеллигентные (вон, даже очки носят!) и не способны защитить свою кладку от вездесущих северных песцов. Поэтому они стараются селиться поближе к колониям крачек и чаек, ведь более агрессивные птицы прекрасно защищают свои гнёзда от четырёхлапых мародёров.

Но и тут всё не так просто. Дело в том, что агрессия этих птиц распространяется вообще на всё, что движется в их поле зрения. Если гаги построят своё гнездо слишком близко к колонии, то рано или поздно спровоцируют крылатых бандитов на нападение. И уже они разорят гнездо, оставив беззащитную семейку плакать над разбитыми яйцами. Вся жизнь на материке для очковых гаг — существование между молотом и наковальней. По крайней мере, это объясняет, почему они с такой неохотой возвращаются на большую землю.

Как будто этих проблем было мало, самец покидает самку сразу после строительства гнезда и откладывания яиц. Со всеми чайками и песцами ей приходится разбираться самостоятельно. Впрочем, есть в этой бочке дёгтя и ложка мёда: птенцы гаг развиваются очень быстро. По сути, дрожать над гнездом самке нужно чуть меньше месяца, пока яйца инкубируются. А вот птенцы умеют ходить и самостоятельно добывать пищу уже с рождения. Поэтому самка может спокойно увести своё потомство в болотистые низины и речные долины, где малышня будет собирать семена, щипать молодую травку, ловить моллюсков и водных насекомых.

Спустя 2 месяца тренировок по поиску пищи неказистые птенцы превратятся в самых искусных дайверов во всём семействе утиных, а их крылья окрепнут настолько, что вчерашние птенчики смогут летать со скоростью в 100 км/час! Для справки: лёгкие и длиннокрылые голуби летают медленнее, даже специальные почтовые породы не разгоняются выше 80 км/час!

Есть и ещё одна хорошая новость: несмотря на все сложности жизни, очковым гагам вымирание не грозит. Их популяция стабильна именно благодаря своей труднодоступности. Даже браконьерам трудно добраться до мест гнездовья птиц, а уж выходить в океан чтобы пострелять уток и вовсе дураков не найти!

"После Янга" (After Yang) 2021 США.

Драма, фантастика.

Режиссер: Когонада. В ролях: Колин Фаррелл, Джоди Тёрнер-Смит, Джастин Х. Мин

КП - 6,5. IMDb - 6,6.

Недалекое будущее, в котором люди наконец то начали думать о природе, экологии и балансе с природой. Кира и Джейк семейная пара у которой есть приемная дочь с китайскими корнями. Чтобы девочка лучше адаптировалась приемные родители покупают Янга.

Это робот не отличимый от человека, выглядит как настоящий китаец. Он должен помочь девочке сохранить свою национальную идентичность.Янг очень понравился Мике и она с ним быстро нашла общий язык. Новый член семьи быстро занял должное место и стал неотъемлемой частью в их жизни.

Но однажды Янг выходит из строя. Починить его никто не берется, нашлось единственное место, где ему смогли отдать только блок памяти со всеми воспоминаниями робота.Джейк начинает погружаться в прошлое Янга, но помимо этого там оказалось ещё много интересного о чем даже не подозревали члены семейства.

Прочитал я тут несколько историй о том, как люди не успевали на свой рейс (зачастую по собственной глупости) и сразу вспомнил, как мы чуть не упустили свой самолёт из Дели (да-да, тоже по собственной глупости).

В общем, возвращались мы из длительной поездки домой. Домом на тот момент жизни был Таиланд. Последнее наше плечо - Нью Дели <-> Пхукет. В Индии мы задержались на несколько дней, т. к. до этого там ни разу не были, решили заодно добавить +1 к посещённым странам. Стоит уточнить, что пользовались для всех передвижений Убером (он там очень дешёвый) с привязанной тайской картой, всё было прекрасно в этом плане. Так вот, вылет у нас был ранний, 6:30 утра. Были наслышаны об очередях в аэропорту имени Индиры Ганди в Дели, поэтому решили приехать туда немного пораньше, а не за стандартные для международных рейсов 1.45-2 часа. В 3:45 неспешно спустились в лобби отеля (ехать до аэропорта 20-25 минут без пробок), сдали номер, оплатили всё, что требовалось и начали вызывать такси. Тут-то всё и пошло не так. Убер обрадовал ошибкой "Отказ транзакции". Ещё раз попытка - то же самое. В общем, попыток этих было много - перепробовал все тарифы, бестолку. В интернет-банке вообще никаких записей, видимо, какой-то скоринг (то ли банка, то ли Убера) с чего-то решил, что транзакция подозрительная. Вспоминаем, куда положили карту жены, открываем чемодан, ищем, находим, кидаю туда денег, привязываю к Уберу... "Отказ транзакции". Да твою ж Кришну в третий глаз. Налички с собой осталось недостаточно для поездки до аэропорта, ближайших открытых банкоматов на карте не наблюдаем, нужно ехать на такси до них, а ехать на такси мы не можем :) А время уже начинает поджимать, потрачено почти полчаса, по плану мы должны быть в аэропорту, а вместо этого тупим в лобби отеля. Бегу искать адинистратора, объясняю ситуацию и спрашиваю, есть ли у них услуга трансфера, которую можно оплатить картой. Он куда-то уходит совещаться, через 5 минут возвращается с инвойсом и терминалом. Опустим тот момент, что мы заплатили 3500 рупий, вместо 400-500, тогда было не до экономии. Оплатили в 4:30, администратор опять куда-то ушёл, а мы потихоньку начинаем панику, т.к. регистрация и сдача багажа закрывается в 05:15, а онлайн мы зарегистрироваться не можем - нужна проверка виз на стойке. Ещё минут через 10 вышел сонный водитель, погрузил наши вещи, мы поехали. По пути я в десятый раз пытаюсь зарегистрироваться онлайн, чтоб была хоть какая-то возможность спихнуть наш багаж даже в случае опоздания, но система выдаёт ошибку. Перед въездом в аэропорт попали в небольшую пробку.

Итого к аэропорту мы подъехали в 5:08, за 7 минут до окончания регистрации. Я немного расслабился, но тут увидел очередь на вход в аэропорт. Нет, ОЧЕРЕДЬ. Человек 50-70. И 17-20 входов в аэропорт с такой же очередью около каждого. Пробежали со всеми вещами мимо пары входов, поняли, что очереди везде и ломанулись к охраннику с открытыми в телефоне билетами и воплями о том, что опаздываем очень сильно. Он неспешно (как ленивцы в Зверополисе) посмотрел билеты, потом куда-то в свои бумаги, снова в билеты, попросил паспорта, сравнил... Минута на человека у него уходила - понятно, откуда такие очереди. Вбежали в аэропорт за 3 минуты до окончания регистрации, нашли табло, нужные стойки, за полторы минуты добежали до нужного места, нашли незанятого сотрудника. Короче, на последней минуте он нас зарегистрировал и принял багаж. Мы снова преждевременно расслабили булки и пошли на паспортный контроль, а там размер очереди, пожалуй, со все очереди на вход вместе взятые. На подходе проверили наши паспорта и посадочные, поставили печать. Сильно извинясь, мы пробежали мимо толпы индусов и прошли контроль вне очереди. Там снова проверили наши паспорта и посадочные, поставили печать. Дальше досмотр - на подходе у нас проверили паспорта и посадочные. Очередь тут была не сильно меньше, но двигалась бодро, мы наконец-то догнали свой график и смирились с очередью. После досмотра у нас проверили паспорта и посадочные, поставили печать. Добежали до гейта, сотрудники авиакомпании проверили наши паспорта и посадочные, поставили печать. Почти сразу попали в очередь непосредственно в самолёт, в рукаве стояли минут 20 ещё. По рукаву навстречу шла сотрудница аэропорта, у всех проверяла паспорта и посадочные. Печати на ставила. При входе в самолёт стюарды проверили посадочные, от паспортов отказались. Мы сделали для себя вывод, что аэропорт в Дели состоит из очередей, выдохнули и занялись стандартными самолётными делами - читать книжку и смотреть сохранённые в ютубе ролики.

PS: самолёт вылетел с опозданием.

На фотке не хватает печати около гейта.

Они все хороши, но у каждого свой стиль.

Золотистые корольковые манакины, например, мастера парных манёвров. Чтобы впечатлить самку, самец выбирает 3 растущих рядом ствола и прыгает между ними по очень сложной схеме.

Ласточкохвостые манакины, в свою очередь, профессионалы в групповых танцах. Четыре самца двигаются таким образом, что по очереди зависают в воздухе на несколько секунд. Создаётся ощущение, что один и тот же птиц висит в одной точке несколько минут!

А красношапочные манакины освоили лунную походку!

То самое, мной любимое, "медленное телевидение". Снято на 2 gopro 4silver, установленные на подвес Feiyu Scorp-Mini 2. Стереобаза 75мм. Основная задача, как всегда, это не повествование, а погружение в обстановку. Возможность снова очутиться там. Видео можно смотреть или через стереоскоп, или на 3д телевизоре.

С большой радостью представляем Вам очередное дополнение для наших браузерных Героев 3 о котором многие просили

Поиграть можно здесь (https://sec.dos.zone/ru/homm-35/)

Ресурсы для игры те же что и для предыдущих дополнений

Качаем здесь (https://disk.yandex.ru/d/ow874b8tBiIM-g) или здесь (https://archive.org/download/homm3ruslang/Data.zip) (220мб) и разово подкидываем при запуске.

Работает в браузерах на Windows, MacOS, Linux, Android, iOS

Об особенностям дополнения можно написать много, но вот ключевые:

- новые игровые механики, включая продвинутые способности героев на поле боя

- командиры, цель которых возместить невозможность участия в битве героя, с собственной прокачкой и артефактами. Уникальные для каждой расы

- новые объекты на карте

- разрушение и строительство городов

- новые существа, включая ультимативные существа 8го уровня

- эмиссары, 8 видов особо сильных существ, посланников богов

- кампании WoG (находятся в Campaign\Custom)

Наш чатик поддержки для решения проблем находится здесь (https://t.me/dzhomm3)

А у нас в разработке остались только Хроники Героев. Ждите новостей

Ссылко на тг: https://t.me/gamebase54/1151

Был задержан уроженец болотной местности значительной прелестности, пытавшийся провезти под видом ручной клади жабу в неадеквате.

Началась наша жизнь на новом месте. Разместили нас в школе, где уже проживало несколько сотен человек. Меня поселили в классе иноземной мовы. Нас там жило 5 человек из ЭТР. Я себе занял две койки - на одной спал, на второй сушил верхнюю одежду. Мои ребята поселились в коридоре на втором этаже, где оборудовали себе две шконки и столик - чисто купе поезда.

Первый день - нас трое. Я, Казань и Кирюша. Так как в таком составе мы ничего сделать не могли - начали протяжку шнурки. Разбивали участок. Вбиваешь колышки и между ними тянешь шнур, по которому потом ставятся тетраэдры.

Скоро нам дали Джексона - экскаваторщика из Армавира и работа закипела. Мы не тянули троса, не занимались егозой - просто ставили камни. Но зато быстро, так как Джексон (Женёк) уже работал с нами под Херсоном и руку набил хорошо.

Вечером на новой базе нашёлся Денис (Красная шапочка). Тот самый обморок из Донецка, что был с нами в Херсонской области. Больше всего я мечтал никогда в жизни не встречаться с Кирюшей и с Красной шапочкой. И вот Кирюша уговорил меня взять того к себе. Дурак ли я? 100%.

Правда он уже был нормально экипирован в поношенный донецкий камуфляж и шапочка была уже не красная, а вполне себе армейская. Он визуально даже крепче и выше стал. Что с человеком делает нормальная снаряга.

На следующий день Денис меня удивил. Я зашёл к завхозу за лутом, но он сказал, что всё уже выдал моему бойцу. Денис встретил нас у входа в школу с инструментами, шнуркой, перчатками и дождевиками. Этот прохиндей с утра пораньше забежал к завхозу и моим именем вытребовал нам полный пакет обеспечения.

Второй день в Запорожской области. На этот раз мы не ставим новые заграждения, а по большей части переставляем то, что тут поставили до нас. И поставили неправильно. Я поставлю в посте тэг "Мат", но то, что я в тот день говорил, здесь приводить не стану.

А вечером нас ждало пополнение: приехал Серёга Чита с прошлой базы, трое херсонских ребят от туда же из моей бывшей команды, плюсом мне дали 10 человек из новой партии из Крыма. Правда, как оказалось из Крыма там был всего один человек. Просто торговец людьми, что нанимал бригады был крымский. А так, ребята были со всей географии: Харьков, Бердянск, Геническ, Приморск, Мелитополь, Мариуполь...

Я тогда удивился - это что, вы крымские, но реально к Крыму имею отношение только я?

- И я, я из Ялты - сказал доходяга в красной шапочке.

- Сколько высших образований? - спросил я.

- Два. - Мне стало нехорошо. У меня новый обморок в команде!!!

К тому же, с ребятами с прошлой базы приехала раскатка для троса и егоза.

Одним словом утром нас ждала работа уже по полной программе.

Есть тэг "Мат", должен быть и хуй.

"Без жалости" (Without Remorse) 2021

США, Германияпреступление, драма, боевикРежиссер: Стефано Соллима. В ролях: Майкл Би Джордан, Джейми Белл, Кэм ЖигандеКП - 5,5. IMDb - 5,8.

Главный герой картины Джон Келли морской котик, который не раз был на волоске от смерти во время выполнения опасных заданий. Кажется его командировки были бесконечны, но пока всё это позади - он возвращается домой.

Но враг, с которым он боролся где-то далеко от дома, оказался куда ближе. Ворвавшиеся в дом наемники убивают жену Джона, а он сам с тяжелыми ранениями оказывается в больнице. Но ничего не может остановить главного героя на пути к мести и он начинает свою войну против противника, как оказалось очень могущественного и сильного.

"Кейт" (Kate) 2021

СШАтриллер, преступление, боевикРежиссер: Седрик Николя-Троян. В ролях: Мэри Элизабет Уинстед, Михиль Хаусман, Вуди ХаррельсонКП - 6,2. IMDb - 6,3.

Кейт профессиональный киллер, всему что она умеет её когда-то научил Ви - наставник и учитель. Кейт предстоит убрать одного из боссов японской мафии, но очередное задание чуть было не проваливается из-за принципов Кейт -никогда не стрелять, если в зоне поражения есть дети. Однако её приходится сделать выстрел.

После этой операции Кейт подумывает как завязать со всем этим. Она принимается за заказ, который должен стать последним. Но последнее дело оборачивается большими проблемами для девушки. Она оказывается в больнице со смертельным отравлением радиоактивным препаратом. Жить ей остается не больше суток, ровно столько есть у Кейт времени чтобы найти виновника её будущей смерти.

"Элиас" (Elyas) 2024

США, Франция, Бельгиятриллер, боевикРежиссер: Флоран-Эмилио Сири. В ролях: Рошди Зем, Летиция Эйдо, Жанна МишельКП - 6,4. IMDb - 6,1.

Главный герой картины бывший спецназовец - Элиас. У него за плечами не одна боевая операция, но сейчас он не у дел. Его последняя миссия в Афганистане прошла не совсем успешно и он вернулся на гражданку с серьезным стрессовым расстройством, лечить которое он отказывается.

Но всё же Элиас смог найти работу по специальности, его наняли охранять Амину и её тринадцатилетнюю дочь Нур. Работа на первый взгляд не пыльная, но очень быстро вокруг особняка начинают происходить настраивающие события. Ну и плюс ко всему прочему параллельно Элиасу доставляет проблем его собственные травмы и паранойи.

"Криминальные боссы" (Arkansas) 2020

СШАпреступление, триллер, боевик, детективРежиссер: Кларк Дьюк. В ролях: Лиам Хемсворт, Кларк Дьюк, Винс Вон, Джон МалковичКП - 5,8. IMDb - 6,0.

Криминальный босс по прозвищу Фрог держит округу в ежовых рукавицах и все мелкие жулики хотят с ним работать. В числе многих Кайл и Суин горящие желанием стать крупными игроками, но пока лишь пешки в этом бизнесе.

Случается так, что два этих не самых плохих парня оказываются втянуты в пренеприятнейшую историю. В результате нелепой ситуации в их жизни появляются непредвиденные трупы, куча бабок и самое главное проблемы с боссом. Теперь они из мелких бандитов превратились в большую проблему для Фрога и они вынуждены идти до конца.

Ещё больше фильмов тут: https://dzen.ru/pro100film

- Тормози!

- Что ты там увидел?

- Там вроде машина какая-то, дай ПНВ*…. Так, ну это точно КАМАЗ, и, судя по внешнему виду не местный: похоже зависший проснулся.

- Да ладно! Сколько себя помню, стаб стабом был.

- Ну, смотри сама: видишь в кювете КАМАЗ – местные без брони ездить не будут, а у этого даже борта ничем толком не прикрыты.

- Может там внутри капсула?

- Не, будь там капсула – он бы не на колесах стоял, а по самые борта в землю ушел бы. Так, а вот и наша киса, как раз в сторону Камаза топает, унюхала что-то.

- Ага, силушки ей не занимать, глянь, как шатает машину. Точно кто-то под ней сидит.

- Смотри!

Чудовище еще секунду назад пытавшееся достать вкуснейший для нее ужин резко повернулось в сторону и осторожным медленным шагом направилось в сторону сторожки.

- Похоже, там еще кто-то есть.

- Предлагаю спор: ставлю споран, что там сидит обратившийся водитель Камаза

- Повышаю, два спорана, что там кто-то живой, пока живой.

- Принимаю, будь там кто-то живой, во-первых, был бы костер. А во-вторых они бы сейчас уже круговую оборону занимали.

- Как думаешь, она уже перешла за десятку?

- Да какой там: уши торчком, хвост трубой, даже походка еще полностью не изменилась – не выше восьмерки.

- А с чего ты взял, что всё это должно изменится? Это всё-таки не человек, а мутации животных проходят несколько иначе. Это человек возвращается к первобытным корням – обрастает шерстью и когтями, а этим может это всё не нужно, их же сама природа создавала идеальными хищниками, может, только защитные изменения будут?

- Да чёрт его знает, ладно, смотрим.

Мутант, навострив уши, медленно подходил к двери уверенной походкой хищника, загнавшего добычу в угол. Вслушиваясь. Вглядываясь. Шаг. Другой. Он вошёл. Мгновение. Выстрелы.

- Ну, так что, гони мои спораны!

- Было всего два выстрела, и никаких криков, никакого шума. Может это ловушка. Подождем.

- И, тем не менее, два спорана мои.

- Твои, твои! Подождем, судя по моим наблюдениям, эта киса ела вчера, значит, сегодня будет хоронить бедолаг. Подождем.

Прошло пять минут. Десять. Пятнадцать.

- Что-то там не так. Можешь даром посмотреть?

- Одна мужская особь, слабая.

- Подожди, там сейчас мужская особь?

- Да, я же тебе говорю, очень слабая – похоже, что его сильно потрепали, но он еще жив.

- Ничего не понимаю, там уже давно должны быть одни трупы, которых кошак сейчас по одному на улицу вытаскивать должен.

- Ну, может он решил там подкрепиться.

- Маловероятно, но возможно. Ждем еще пятнадцать минут.

В течение пятнадцати минут, ни мутант, ни кто-то другой из домика не вышли.

- Мужик еще живой?

- Ага

- Неладно это всё. Я пойду, проверю.

- С ума сошел! Хочешь, чтобы и тебя на фарш пустили?

- Я внутрь не пойду, только снаружи послушаю. А ты меня прикроешь.

- Иди! Пусть тебя киса съест!

До домика метров триста. Высокий крепкий мужчина со странным именем «Крест» шёл по пыльной дороге – на грунтовке шаги не слышны. Подходя ближе, он всё чаще прислушивался, но кроме ветра, никаких звуков не было. В наушнике тихим голосом сказали:

- Мужская особь еще жива. Будь острожен.

Отвечать не требовалось.

Сотня метров. Остановился.

- Жива.

Крест обошел домик так, чтобы оказаться напротив входа, снял ПНВ, и посмотрел через тепловизор: на полу лежало нечто, еще теплое, но уже явно не горячее. Оно не двигалось. Не дышало. Это существо, которое должно светиться как яркая лампа, было лишь слегка розовым – это означало, что оно уже мертво и просто-напросто остывает.

- У нас проблема – сказал шепотом Крест – Похоже, наша киса нас покинула.

- В каком смысле покинула?

- В самом, что ни на есть прямом. Я подойду ближе, возьми что-нибудь посерьезнее, вдруг я ошибся.

- Минуту!... Готова!

Крест снова надел ПНВ, и нацелив ствол в дверной проем медленно начал приближаться.

Зверь не шевелился. Подойдя на расстояние тридцати шагов, Крест остановился и присел на одно колено – это был знак, что нужна информация.

- Особь жива, на грани смерти, на мертвяка не похоже.

Крест встал и пошёл к двери. Перед самым входом он увидел, что монстр лежит в луже черной поблескивающей жидкости. Кровь. Отключив ПНВ, он перешел на подствольный фонарь. Раз особь на грани жизни и смерти, то вряд ли она представляет серьезную опасность, а тот монстр, которого они звали «кисой», уже точно не мог никому угрожать. Приблизившись вплотную, он посветил в проем: огромная туша его практически перекрыла. Такую зверюгу убить уже само по себе везенье, а с учетом того, что была всего пара выстрелов и явно не из крупного калибра, то такое везенье вообще граничило с фантастикой. Но как?

Крест приблизился к туше и увидел, что голова монстра была мокрой. Неужто прострелили? Но там же кости такие, что не каждый ствол возьмет – рассуждал он про себя – не похоже.

Входить в дом не стал, решил осмотреть всё через окно: на полу лежало два тела, и еще одно сидело. Никто из них не шевелился. Крест тихонько постучал по раме – никакой реакции, ударил посильнее – аналогично, никто даже не дернулся, посветил фонарем – без результата.

Обойдя дом, он встал напротив входа, повернулся в сторону, откуда пришёл, и поднял руку вверх.

- Ну, я жив, внутри двое лежат, один сидит, похоже, все мертвые. Киса тоже мертва.

- Одна особь жива.

- Пойду, посмотрю, можешь подъезжать, тут уже бояться некого.

К домику бесшумно подъехал автомобиль, выглядел он так, как будто из него пытались сделать танк: листы брони спереди и сзади, маленькая амбразура для водителя, шипы из заточенной арматуры, смотрящие во все стороны, и во главе всего этого безобразия вперед торчал ствол крупнокалиберного пулемёта. Из машины вышла девушка в камуфляже:

- Ну что там?

- Исходя из того, что я видел там три трупа, не считая собаки, ну, то есть кошки.

- А живой где?

- Ну, уж не знаю, кого ты там живого нашла, может мышонка, может таракана, но я среди описанных живых не видел.

- Там есть живой, он при смерти. Пойдем, проверим.

Крест вошёл первым, освещая проход фонарём. Краем стены они пробрались мимо туши мертвого чудовища, вошли в комнатку и принялись осматривать тела:

- Так, этот явно суицид – голова насквозь пробита. Этот…. Голова на бок — Крест ощупал шею мертвого бойца — шейные позвонки сломаны – я бы предположил, что этот еще может быть живым, но он уже остыл. Так, а с тобой чего? – Крест подошёл к сидевшему у стены. Убит выстрелом в грудь, кстати, этот, похоже, уже перекинулся, так что мои спораны останутся у меня, к тому же спорить с твоим-то даром вообще грешно. Итого: у нас один суицид, один застреленный и один со сломанной шеей, все холодные.

- И кто же тогда убил «кису»?

- Отличный вопрос.

Голоса. Далекие голоса. Они о чем-то говорят. Он слышит их. Темнота. Надо позвать их. Не может. Нет сил. Путается сознание. Пошевелить рукой, позвать их.

Где-то возле входа, со звоном упала гильза. Мужчина и девушка вздрогнули. Крест машинально направил в ту сторону автомат и, подсвечивая фонарём начал медленно приближаться. Подойдя, он увидел эту самую гильзу: обычная — автоматная. И только сейчас он догадался поднять глаза: в проломе на потолке была видна человеческая ладонь.

- Потолок! Быстрее, живой там!

- Я же тебе говорила! Проверь, лишь бы он не перекинулся.

Крест быстро забрался на лежанку печи, а потом и на потолок, его спутница последовала за ним.

- Держись, братишка! – обратился он к лежащему без сознания военному.

- Ну как?

Крест посветил фонариком в глаза, а потом ощупал затылок.

- Иммунный!

- Он ранен?

- Да вроде бы нет

- Тогда капни ему живицы на язык и коли спек, надо его вывозить отсюда!

- Ага, а ты пока барахло в машину перекидай, и не забудь кису осмотреть, земля ей пухом.

Крест приоткрыл рот военного и капнул несколько капель на язык крайне неприятной отдающей горечью жидкости, а потом сделал еще какой-то укол. Через минуту военный ослаб окончательно, дыхание стало реже. Крест подтащил тело к проему, слез на печь, положил страдальца на плечо и направился в сторону машины.

- Собрала?

- Да: три целых автомата и один поломанный, четыре магазина россыпью, две фляжки, два полных подсумка, два комплекта брони, три шлема. Вроде бы ничего не упустила. А ну и часы я у одного из бойцов забрала – вроде бы механика.

- А спораны?

- А! Ну да, я еще не смотрела – скинула всё в пакет, дома осмотрим. Кстати, он ему споровый мешок зацепил, прямо по краю пуля прошла.

- Везучий он, ладно поехали!

S-T-I-K-S Lucky strike - Руслан Беркут - читать книгу в онлайн-библиотеке / Опубликовано: 4 фев. 2025 в 16:48

Автор: Ннеди Окорафор. Авторский перевод: Sanyendis, вычитка моя.

Произведение американской писательницы нигерийского происхождения, лауреатки многочисленных литературных премий. Она сочиняет фантастику как для взрослых, так и для детей, вплетая в свои произведения африканскую мифологию и социальные проблемы. Здесь обыгрывается классический сюжет с взаимоотношениями человека и ИИ. Чем же закончится "гениальный" проект, профинансированный крупнейшими нефтедобывающими компаниями? Узнаем.

Зомби не ходят, если им не прикажут!

Зомби!

Зомби!

Зомби не остановятся, если им не прикажут!

Зомби не повернут, если им не прикажут!

Зомби!

Зомби не думают, если им не прикажут!

Отрывок из песни «Зомби» Фелы Кути, нигерийской исполнительницы и самопровозглашённой вестницы безгласных.

Мой муж меня бил. Так я и очутилась в тот вечер за нашим домом, в паре шагов от кустарника, продравшись сквозь высокую траву к нефтепроводу. Наш маленький домик находился на самой окраине деревни, считай в лесу. Так что никто не видел и не слышал, как он меня колотил.

Выбраться туда – лучшее, что я могла сделать, чтобы оказаться подальше от мужа, не распалив его ярость ещё сильнее. Когда я уходила за дом, он знал, где я нахожусь, и что я одна. Но он был слишком самовлюблённым, чтобы догадаться, что я подумывала о самоубийстве.

Мой муж пил, как и подавляющее большинство членов Народного движения дельты реки Нигер. Алкоголь помогал им держать в узде собственные гнев и беспомощность. Рыба, креветки и речные раки, обитавшие в ручьях, вымирали. От питьевой воды женская утроба увядала, а мужчины, в конце концов, начинали мочиться кровью.

Был один родник, откуда я набирала воду. Неподалёку возвели контрольно-измерительную станцию, и теперь источник загрязнился, приобрёл дурной запах, а маслянистая плёнка на поверхности воды переливалась радужными сполохами. Фермы, где выращивались маниока и ямс, с каждым годом давали всё меньше урожая. От самого воздуха кожа покрывалась слоем грязи и пропитывалась вонью чего-то, словно находившегося на последнем издыхании. В некоторых местах всегда царил день из-за шумных газовых факелов.

Моя деревня была полным дерьмом.

Будто этого мало, членов Народного движения давили как мух. Убийства совершались походя, всё чаще и в открытую. Членов Народного движения расстреливали на улицах, переезжали на автомобилях, утаскивали в болота. Больше их никто не видел.

Я пыталась подарить мужу хоть толику счастья. Но после трёх лет в браке моё тело по-прежнему отказывалось вынашивать его детей. Понять причину его растерянности и печали легко… Но боль остаётся болью. И её он причинял мне регулярно.

Единственным и важнейшим из того, что принадлежало лично мне, была отцовская гитара. Корпус выполнен из отличной полированной древесины абура, пикгард – из чудесного черепахового панциря. Потрясающая ручная работа. Отец говорил, что древесина, использовавшаяся для изготовления гитары, происходила от последнего лиственного дерева в дельте. Если поднести инструмент к носу, в это легко верилось. Гитара прожила десятки лет, но всё ещё источала аромат свежесрубленного дерева, словно хотела поведать тебе свою историю, ведь никто другой этого не сумел бы.

Без отцовской гитары не существовало бы и меня. В молодости он проводил вечера у бараков, играя для всех желающих. Люди танцевали, хлопали в ладоши, закрывали глаза и слушали. Звонили мобильные, но на них никто не обращал внимания. Однажды его остановилась послушать моя мама.

Я во все глаза смотрела на быстрые, длинные пальцы отца, пока он играл. О, эти гармонии. Он мог создать что угодно через свою музыку – радуги, рассветы, паутинки, поблёскивающие утренней росой. Мои старшие братья не проявляли интереса к тому, чтобы научиться играть. Но я – да, и отец показал мне всё, что знал сам. И теперь уже мои длинные пальцы ласкали струны. Я всегда обладала музыкальным слухом, а пальцы мои двигались даже ловчее, чем отцовские. Я была хороша. По-настоящему хороша.

Но вышла замуж за глупца. Эндрю. Поэтому играла на гитаре только за домом. Подальше от него. Гитара стала моим утешением.

В тот судьбоносный вечер я сидела на земле прямо напротив нефтепровода. Он проходил через задние дворы всех жителей. Моя деревня построена на нефтяном месторождении, как и деревня, где я выросла. Моя мама жила в похожем поселении до замужества, как и её мать. Мы – Люди Нефтепровода.

Моя бабушка по материнской линии стала известна тем, что частенько лежала на нефтепроводе, проходившем через родную деревню. Она оставалась в этом положении часами, слушая и гадая, что за чудесные жидкости текут по массивным, бесконечным стальным трубам. Это было до появления Зомби, разумеется. Я рассмеялась. Попробуй она полежать на нефтепроводе сейчас, пала бы жертвой жестокого убийства.

Так или иначе, когда мне становилось особенно тоскливо, я брала гитару и выходила сюда, чтобы устроиться прямо напротив трубы. Я понимала, что заигрываю со смертью, находясь так близко, но в таком настроении мне было всё равно. На самом деле я даже приветствовала возможность лишиться жизни. Просто чудо, что мой муж не разнёс гитару в щепки в приступе пьяной ярости. Тогда бы я наверняка улеглась на нефтепровод. Возможно, поэтому он предпочитал лишний раз расквасить мне нос, но не трогал инструмент.

В тот день он лишь влепил мне сильную пощёчину. Понятия не имею, за что. Он просто зашёл в дом, увидел меня на кухне и – шлёп! Может, неудачный день на работе – он усердно трудился в местном ресторане. Или одна из любовниц его отвергла. Возможно, я что-то сделала не так. Не знаю. Мне было плевать. Кровотечение из носа только начало останавливаться, и звёзд перед глазами сверкало уже поменьше.

Мои ноги находились в считанных дюймах от нефтепровода. В ту ночь я рисковала сильнее обычного. Погода стояла более тёплая и влажная, чем я привыкла. А может, всё дело в моём горящем, как от жала пчелы, лице. Даже комары особо не раздражали. Вдалеке я увидела Ннеку, женщину, что практически со мной не разговаривала – она купала младших сыновей в большом тазу. Какие-то мужчины играли в карты за столом в нескольких домах от нас вниз по улице. Ночь стояла тёмная, меня окружали крошечные деревца и кустарники, и даже ближайшие соседи жили в отдалении, потому я была скрыта от посторонних глаз.

Я вздохнула и положила руки на струны гитары. Я принялась выводить мелодию, которую исполнял отец. Вздохнула вновь и закрыла глаза. Я всегда буду скучать по отцу. Ощущение вибрирующих под подушечками пальцев струн дарило неповторимое наслаждение.

Я полностью погрузилась в музыку, сплетая ноты в мелодию, а затем воспарила к величественному закату, что освещал верхушки пальм и…

Клац!

Я замерла. Пальцы так и остались на струнах, но вибрация в них уже угасала. Я не осмеливалась пошевелиться. Я не открывала глаз. Щека пульсировала от боли.

Клац! На этот раз звук раздался ближе. Клац! Ещё ближе. Клац! И ещё.

Сердце ухало в груди как барабан, меня мутило от страха. Несмотря на рискованные вылазки, я знала, что не так хочу расстаться с жизнью. Кому бы понравилось, если бы его растерзали в клочья Зомби? Я вполголоса прокляла нигерийское правительство, как это неоднократно в течение дня делали все жители моей деревни.

Хрусь!

Мой средний палец, зажимавший гитарную струну, прервал её вибрацию. У меня начали дрожать руки, но я по-прежнему не поднимала век. Что-то прохладное и острое приподняло мой палец. Мне хотелось кричать. Струну снова дёрнули.

Трунь!

Звук стал глубже и полнее, ведь мой палец больше не заглушал вибрацию струны. Я медленно открыла глаза. Сердце пропустило удар. Существо было ростом около трёх футов, и потому мы находились на одном уровне. Я никогда не видела их вблизи. Немногие переживали подобный опыт. Эти твари постоянно носятся по нефтепроводу, словно стадо очень быстрых быков, и им всегда есть чем заняться.

Я отважилась присмотреться внимательнее. У него действительно оказалось восемь лап. Даже во мраке эти конечности сияли, улавливая крохи самого тусклого света. Будь хоть немного светлее, и я бы сумела разглядеть в них собственное безупречное отражение. Я слышала, что они сами себя чинили и полировали. Теперь эти слухи казались куда более логичными, ведь у кого другого найдётся время, чтобы поддерживать их в столь идеальном состоянии?

Идея создать Зомби принадлежала правительству, и «Шелл», «Шеврон», а также несколько других нефтедобывающих компаний (находившихся на грани отчаяния) предоставили финансирование, чтобы покрыть все расходы. Зомби изготовили для борьбы с незаконными врезками в нефтепровод и терроризмом. Смех, да и только. Правительство и нефтяники уничтожили нашу страну, вскопали нашу нефть, а затем изготовили роботов, чтобы не дать нам воспользоваться собственными богатствами.

Официально их называли Ананси-дроидами-419, но мы говорили об «изобретениях овибо» и, чаще всего, «Зомби» – так же мы прозвали и солдат, которые изводили нас каждый раз, когда им моча ударяла в голову.

Считается, что Зомби способны думать. Это называют искусственным интеллектом. У меня есть какое-никакое образование, годик-два университета, но не по научной специальности. С образованием или без, но как только я вышла замуж и оказалась в этом проклятом месте, то стала такой же, как и все местные женщины – простой селянкой, живущей в районе речной дельты, где Зомби убивают любого, кто прикасается к нефтепроводу, и чей муж то и дело её поколачивает. Что я могла знать об интеллекте Зомби?

Он напоминал гигантского, блестящего металлического паука. И перемещался по-паучьи. Плавно двигавшиеся сочленения и лапы. Он подполз ближе и наклонился, чтобы внимательнее рассмотреть гитарные струны. Когда он это сделал, две из его задних лап простучали по металлу нефтепровода. Клац! Клац! Клац!

Он вновь прижал мой большой палец к струнам и дважды дёрнул, извлекая приглушённый звук! Он взглянул на меня множеством сияющих круглых глаз синего цвета. Вблизи стало ясно, что это не огоньки. Они представляли собой шары, наполненные мерцающей жидкостью цвета синий металлик, напоминающей наэлектризованную ртуть. Я заворожённо в них уставилась. Никто больше в нашей деревне не мог этого знать. Никто не подходил достаточно близко. Глаза из фосфоресцирующего ярко-синего жидкого металла, подумала я. Na wa.

Он сильнее надавил на руку, и я жадно втянула воздух ртом, часто заморгав, отвела взгляд от его гипнотизирующих окуляров. И тогда до меня дошло.

– Ты… Ты хочешь, чтобы я сыграла?

Оно уселось в ожидании, с тихим стуком поместив одну из лап на корпус гитары. Давненько меня никто не просил сыграть для него. Я исполнила свою любимую хайлайф песню, «Love Dey See Road» Оливера де Кока. Я играла так, словно от этого зависела моя жизнь.

Зомби не шевелился, его лапа по-прежнему прижималась к гитаре. Неужели он слушал? Я в этом не сомневалась. Минут двадцать спустя, когда я, наконец, закончила играть, обливаясь потом, он коснулся кончиков моих ноющих от напряжения пальцев. Это было очень нежное прикосновение.

***

По некоторым из труб течёт дизельное топливо, по другим – неочищенная нефть. Миллионы литров в день. Четверть топливных резервов США обеспечивает Нигерия. А взамен мы не получаем буквально ничего. Только смерть от нападений Зомби. У каждого из нас найдётся парочка таких историй.

Когда выпустили первую партию Зомби, об их существовании никто даже не подозревал. До людей лишь доходили слухи о растерзанных в клочья телах возле нефтепроводов, о гигантских белых пауках в ночи, или о мощных взрывах на магистралях, после которых оставались лишь обугленные трупы. Однако в тех местах, где находили мертвецов, всё выглядело нетронутым.

Люди по-прежнему делали нелегальные врезки в нефтепровод, и мой муж в том числе. Я подозревала, что он приторговывает топливом и нефтью на чёрном рынке; но он приносил немного нефти и домой. Оставишь её на пару дней в ведре, и получится нечто, напоминающее керосин. Я использовала этот состав для приготовления пищи. Так что мне ли жаловаться? И всё же незаконные врезки – дело весьма и весьма опасное.

Существовали способы пробить отверстие в нефтепроводе, не вызывая немедленного гнева Зомби на свою голову. Мой муж и его приятели использовали какой-то мощный лазерный резак, украденный из больницы. Однако приходилось соблюдать максимально возможную тишину при резке металла. Хватало одного стука, малейшей вибрации, и Зомби примчались бы за минуту. Многих товарищей моего мужа убили из-за того, что кто-то чиркнул обручальным кольцом или стукнул кончиком резака по трубе.

Пару лет назад стайка мальчишек играла слишком близко от нефтепровода. Двое подрались и упали на трубу. За считанные секунды явились Зомби. Одному из драчунов удалось отползти в сторону. Но второго схватили за руку и швырнули в кусты. Он заработал перелом руки и обеих ног. Чиновники заявили, что Зомби запрограммированы причинять как можно меньше вреда, но… Я в это не поверила, na lie.

Это были жуткие создания. Приближаться к трубе – рисковать погибнуть страшной смертью. И всё же чёртовые штуки проходили аккурат через наши задние дворы.

Но мне не было до этого никакого дела. Муж в те месяцы бил меня смертным боем. Не представляю, за что. Работы он не лишился. Я знала, что он встречается с другими женщинами. Жили мы бедно, но не голодали. Возможно дело в том, что я не могла родить ему детей. Понимаю, это моя вина, но что я могла с этим поделать?

Я всё чаще оказывалась на заднем дворе. И тот же самый Зомби каждый раз меня навещал. Мне нравилось для него играть. Он слушал. Его дивные глаза сияли от радости. Способен ли робот испытывать радость? Я была убеждена, что разумные модели вроде него могли. Неоднократно в течение дня я наблюдала толпу Зомби, снующих вверх и вниз по нефтепроводу с целью что-то подлатать или сделать обход, или чем они там ещё занимались. Я не смогла бы различить своего Зомби среди них.

Где-то на десятый по счёту его визит я совершила нечто крайне странное. Муж заявился домой, так благоухая алкоголем, что, казалось, хватило бы единственной искры, чтобы он взорвался. Пиво, пальмовое вино. И духи. Весь день я пребывала в глубоких раздумьях. О своей жизни. Я зашла в тупик. Я хотела завести ребёнка. Стремилась покинуть этот дом. Жаждала найти работу. Обрести друзей. Мне требовалась смелость. Я верила, что она у меня есть. Я ведь столько раз сталкивалась с Зомби.

Я собиралась расспросить мужа о должности учителя в начальной школе. Я слышала, что они ищут преподавателей. Войдя, он поприветствовал меня неуклюжими объятиями и неловким поцелуем, а затем рухнул на диван. Он включил телевизор. Было уже поздно, но я подала ему ужин – перечный суп, щедро сдобренный козлятиной, курицей и крупными креветками. На этот раз он пребывал в добром расположении духа, несмотря на опьянение. Но пока я стояла в комнате, наблюдая за тем, как он ест, смелость меня покинула. Вся потребность в изменениях растаяла и трусливо забилась в самые дальние уголки сознания.

– Хочешь чего-нибудь ещё? – спросила я.

Он поднял на меня взгляд и искренне улыбнулся:

– Сегодня суп очень вкусный.

Я улыбнулась в ответ, но что-то внутри меня заставило ещё сильнее вжать голову в плечи.

– Я рада, – ответила я и взяла в руки гитару. – Пойду на задний двор. Там такая славная погода.

– Не подходи слишком близко к нефтепроводу, – предупредил он. Но при этом даже не оторвал взгляда от экрана, вгрызаясь в большой кусок козлятины.

Я ускользнула в темноту, пробираясь через кустарник и травы к нефтепроводу. Устроилась на привычном месте. В футе от трубы. Я мягко провела рукой по струнам, взяв несколько аккордов. Это была печальная мелодия, отражавшая то, что давило на сердце. Куда я могла уйти отсюда? И вот такой была моя жизнь? Я вздохнула. Уже месяц не посещала церковь.

Когда он явился, пощёлкивая лапами по трубе, я воспряла духом. Его жидкие синие глаза сегодня сияли особенно ярко. Как-то я купила рулон синей ткани у одной женщины. Материал обладал насыщенным оттенком, напомнившим мне об открытой воде в солнечный день. Женщина назвала этот цвет «лазоревым». В ту ночь глаза моего Зомби переливались именно этим оттенком.

Он замер подле меня. Ожидая. Я знала, что этой мой Зомби, ведь месяц назад он позволил мне наклеить стикер в виде синей бабочки на одну из его лап.

– Добрый вечер, – поприветствовала я его.

Он не пошевелился.

– Сегодня я грущу, – продолжила я.

Он сошёл с нефтепровода, пощёлкивая металлическими лапами по металлу, а когда оказался на земле, зашелестел. Он устроился рядом, как всегда поступал. И принялся ждать.

Я взяла парочку пробных аккордов, а затем исполнила его любимую песню, «No Woman No Cry» Боба Марли. Пока я играла, его туловище начало медленно вращаться – как я поняла, таким образом он показывал, что ему нравится. Я улыбнулась. Когда я закончила, он вновь обратил свой взгляд на меня. Я вздохнула, взяла ля-минор и откинулась назад.

– Моя жизнь – дерьмо, – призналась я.

Вдруг он с тихим жужжанием поднялся на все свои восемь лап. Потянулся, распрямляя их, пока не приподнялся ещё на фут в высоту. Снизу, из центральной части его корпуса показалось что-то беловатое, с металлическим отблеском. Я охнула, схватившись за гитару. Разум призывал меня отодвинуться. Причём быстро. Я подружилась с этим искусственно созданным существом. Я его знала. Или так мне казалось. Но что я на самом деле понимала в том, почему он делал то, что делал? Или зачем навещал меня?

Металлическое вещество выделялось всё быстрее, образовывая лужу в траве прямо под роботом. Я прищурилась. Это оказались провода. Прямо у меня на глазах Зомби извлёк собственную проводку наружу и принялся совершать некие манипуляции пятью конечностями, поддерживая вертикальное положение на остальных трёх. Лапы сновали туда-сюда, трудясь над блестящими проводами. Они двигались слишком быстро, чтобы я могла понять, что именно они создавали. Трава летела во все стороны, а тихое жужжание становилось всё громче.

Затем они замерли. Какое-то время я слышала лишь трескотню сверчков и пение лягушек, да ветер, шелестящий в пальмах и кронах мангровых деревьев. Я чувствовала запах нагретого масла – кто-то неподалёку жарил бананы или ямс.

Я вгляделась в предмет, изготовленный Зомби. Улыбнулась. Ухмылка становилась всё шире.

– Что это? – прошептала я.

Он поднял предмет двумя передними лапами, а задней дважды притопнул по земле, как поступал всегда, стремясь привлечь моё внимание к чему-то важному. Чему-то, мне, как правило, непонятному.

Он вытянул вперёд три своих конечности и принялся исполнять то, что поначалу напоминало попурри из моих любимых песен, от Боба Марли и Санни Аде до Карлоса Сантаны. Затем музыка перетекла в нечто столь сложное и прекрасное, что я расплакалась от радости, благоговейного трепета и восторга. Люди наверняка услышали эту музыку, может, даже выглядывали в окна или открывали двери. Но нас укрывала темнота, трава, деревья. А я всё плакала, не в силах остановиться. Не знаю почему, но слёзы так и лились. Интересно, понравилась ли ему моя реакция. Думаю, да.

Весь последующий час я разучивала мелодию, которую он для меня сыграл.

***

Десятью днями позже группа Зомби атаковала каких-то нефтяников или солдат в глубинах дельты. Десяток мужчин разорвали на куски, кровавые ошмётки разбросало по всей болотистой местности. Те, кому удалось сбежать, заявили репортёрам, что Зомби было не остановить. Один из солдат даже бросил в робота гранату, но существо закрылось от снаряда тем же силовым полем, что ему надлежало задействовать при взрывах нефтепровода. Солдат сообщил, что силовое поле напоминало потрескивающий пузырь из молний.

– Wahala! Беда! – встревоженно кричал солдат телерепортёрам. Его лицо лоснилось от пота, уголки глаз подёргивались. – Злые, злые твари! Я с самого начала так считал! Взгляните, у меня есть граната, но какой от неё прок? Ye ye! Я ничего не мог сделать!

Нефтепровод, закладку которого рабочие едва начали, оказался полностью достроен. Ремонт входил в число возможностей зомби – ремонт, но не полный монтаж. Это было странно. В газетных подборках утверждалось, что Зомби становятся слишком умными, вот только используют свой ум во благо только самим себе. Что они готовят восстание. Что-то определённо менялось.

– Возможно, это вопрос времени, и вскоре чёртовы штуки поубивают нас всех, –  заявил мой муж, не выпуская из рук бутылку пива, пока читал об инциденте в газете.

Я решила больше не приближаться к своему Зомби. Они непредсказуемы и, возможно, неуправляемы.

***

Наступила полночь, и я вновь оказалась в привычном месте.

Мой муж уже несколько недель не поднимал на меня руку. Полагаю, он ощущал перемены во мне. А я действительно стала другой. Теперь он чаще слышал, как я играю. Даже в доме. По утрам. После того, как я заканчивала готовить ему ужин. В спальне, когда в гости заглядывали его друзья. И он слышал песни, которые, я не сомневалась, дарили ему незабываемые впечатления. Словно каждый аккорд, каждый звук досконально исследовали учёные и отобрали вручную, чтобы пробудить сильнейшее чувство счастья.

Мой Зомби помог решить проблемы с нашим браком. По крайней мере, худшие из них. Муж не мог меня бить, когда дивная музыка уносила его в прекрасные, цветущие места. Во мне проснулась надежда. Надежда зачать ребёнка. Вера, что однажды я оставлю этот дом и свои обязанности примерной жены, чтобы преподавать музыку в начальной школе. Что моя деревня однажды пожнёт плоды нефтедобычи. И я грезила об объятиях жидкого, тёмно-синего металла, паутинах проводки и музыке.

В ту ночь я пробудилась от одного из этих причудливых снов. Я открыла глаза с улыбкой на губах. Скоро всё точно наладится. Мой муж крепко спал рядом. В тусклом лунном свете он казался таким безмятежным. Его кожа больше не источала запах алкоголя. Я наклонилась к нему и поцеловала в губы. Он не проснулся. Я выскользнула из постели, натянула штаны и кофту с длинным рукавом. Сейчас снаружи полно комаров. Я прихватила с собой гитару.

Я назвала Зомби Удиде Окванка. На моём родном языке это означает «паук ‑ Великий Мастер». Согласно легенде, Удиде Окванка была Величайшим Художником. Она жила под землёй, где собирала фрагменты предметов и превращала их в нечто иное. Она даже могла плести духов из соломы. Мне казалось, что это подходящее имя для моего Зомби. Я гадала, как называл меня Удиде. Я была уверена, что он придумал для меня какое-то прозвище, но сомневалась, что поведал обо мне другим. Не думаю, что ему позволили бы дальше со мной встречаться.

Удиде ждал меня, будто чувствовал, что я выйду в ту ночь. Я широко улыбнулась, на сердце потеплело. Я уселась на землю, а он сошёл с нефтепровода и подполз ко мне. Он нёс свой инструмент на голове. Нечто вроде звезды, сплетённой из проводов. За минувшие недели он добавил ещё больше шнуров потоньше и потолще. Мне было любопытно, куда он убирал эту штуку, когда бегал с остальными, ведь такой крупный инструмент внутри корпуса не спрячешь.

Удиде держал его на вытянутых конечностях. Передней лапой он вывел простенький приятный мотив, от которого по моим щекам заструились слёзы радости. Он пробуждал в памяти образы отца и матери, совсем юных и полных надежд, когда я и мои братья были ещё слишком малы, чтобы жениться и съехать. До того, как выходки солдат, убивавших без разбору, вынудили моего старшего брата перебраться в Америку, а среднего брата погнали на север… Когда колоссальный потенциал ещё не иссяк.

Я рассмеялась, утёрла слезы и принялась наигрывать аккорды, аккомпанируя его мелодии. И в этот миг мы приблизились к чему-то столь тонкому, всеобъемлющему, сплетавшемуся воедино… Chei! У меня создалось впечатление, что я разговариваю с Богом. Нет-нет, это были машина и я. Вы и представить себе не можете.

– Эме!

Наша мелодия мигом распалась.

– Эме! – снова окликнул меня муж.

Я застыла, глядя на Удиде, который тоже не шевелился.

– Прошу, – прошептала я. – Не обижай его.

– Мне написал Сэмюэль! – воскликнул муж, по-прежнему не отрываясь от экрана телефона, пока пробирался ко мне из высокой травы. – В нефтепроводе возле школы есть протечка! И пока ни одного Зомби вокруг! Брось свою гитару, женщина! Пошли, и прихвати…

Он поднял глаза. Его лицо исказила гримаса ужаса.

Время, кажется, остановилось. Мой муж остановился у самой кромки травы. Удиде замер возле нефтепровода, держа инструмент перед собой подобно церемониальному щиту. И я между ними, слишком напуганная, чтобы пошевелиться. Я обратилась к мужу:

– Эндрю, – осторожно начала я. – Позволь объяснить…

Он медленно повернулся ко мне и посмотрел так, будто видел впервые в жизни.

– Моя собственная жена! – прошептал он.

– Я…

Удиде поднял две передних лапы. На мгновение у меня возникло ощущение, что он о чём-то умоляет. Или, быть может, хочет меня обнять. Затем он так резко сомкнул конечности, что высек крупную красную искру и поднял оглушительный звон!

Мы с мужем зажали уши руками. В воздухе запахло только что зажжёнными спичками. Даже сквозь заслон из ладоней я различала отклики, доносившиеся со всех концов нефтепровода. Щелчков раздавалось так много, что они казались перестуком мелкой гальки, бившей по трубам. По телу Удиде прошла дрожь, он отполз обратно и забрался на трубу, ожидая. Они явились огромной толпой. Около двадцати штук. Первое, что я заметила – их глаза. Они горели свирепым ярко-красным огнём.

Они сгрудились вокруг Удиде, выстукивая лапами по трубам сложные ритмы. Я не видела глаз Удиде. Затем все они с ошеломительной скоростью рванули на восток.

Я повернулась к мужу. Он уже ушёл.

***

Слухи разнеслись подобно чуме, ведь сотовые имелись практически у всех. Вскоре каждый щёлкал клавишами, распространяя сообщения вроде «Прорыв трубы, возле школы! Зомби не видно!» и «Спешите к школе, захватите вёдра!». Мне муж так и не позволил обзавестись телефоном. Мы не могли его себе позволить, да ему и в голову не пришло, что он мне нужен. Но я и так знала, где находится здание начальной школы.

Теперь люди считали, что все Зомби взбунтовались, отринув навязанную людьми работу, чтобы поселиться в болотах дельты и заниматься своими делами. Обычно, если воры делали врезку в нефтяной трубе, даже издавая минимум шума, Зомби об этом узнавали в течение часа и за то же время устраняли неисправность. Но прошло уже два часа, а труба продолжала истекать топливом. Именно тогда кто-то решил бросить клич.

Но я-то всё понимала. От Зомби у них было лишь название. Они – разумные создания. Умные твари. Их безумие было последовательным. И большинству из них люди не нравились.

Творящуюся суматоху освещали фары нескольких машин и грузовиков. В этом месте нефтепровод приподнимался над землёй, устремляясь к югу. Этим воспользовались и сняли целую секцию трубы. Розовое дизельное топливо изливалось с обеих концов подобно гигантскому фонтану. Люди столпились под потоком, будто мучимые жаждой слоны, наполняя канистры, бутылки, миски, вёдра. Один мужчина даже держал мешок для мусора, пока топливо не разъело дно, расплескавшись по его груди и ногам.

Большая тёмно-розовая лужа стремительно расширялась в сторону здания начальной школы, топливо скапливалось на игровой площадке. Я унюхала пары ещё до того, как увидела саму школу. У меня начали слезиться глаза, потекло из носа. Я закрыла нос и рот кофтой. Легче не стало.

Люди прибывали на автомобилях, мотоциклах, автобусах, пешком. Все непрерывно печатали сообщения, распространяя весть ещё дальше. Давненько уже люди, не занимавшиеся кражей нефти, не получали доступ к бесплатному топливу.

Кругом сновали дети. Они носились туда-сюда – кто-то с поручениями от родителей, а иные просто не хотели пропустить самое интересное. Вероятно, они никогда прежде не видели, чтобы люди подходили к нефтепроводу и оставались живы. Из салонов машин и микроавтобусов лился хип-хоп и хайлайф. Вибрации от басов душили не меньше испарений. Я не сомневалась – Зомби понимали, что происходит.

Я заметила своего мужа. Он направлялся к фонтану топлива с большим красным ведром. Пятеро мужчин затеяли перепалку между собой. Двое принялись толкаться и пихаться, едва не падая в фонтан.

– Эндрю, – позвала я, силясь перекричать шум.

Он обернулся. Увидев меня, недобро сощурился.

– Пожалуйста! – воскликнула я. – Мне… Мне жаль.

Он сплюнул и пошёл прочь.

– Ты должен убираться отсюда! – крикнула я. – Они придут!

Он резко развернулся и размашистыми шагами приблизился ко мне.

– Откуда, чёрт возьми, тебе знать? Или ты сама их привела?

Словно в ответ на его вопрос, люди вдруг закричали и побежали. Я выругалась. Зомби шли со стороны улицы, вынуждая людей отступать к луже топлива. Я снова ругнулась. Мой муж буравил меня взглядом. Он ткнул мне пальцем в лицо, морщась от отвращения. Из-за царящего вокруг шума и гама я не слышала, что он говорил. Он повернулся и убежал.

Я пыталась отыскать Удиде в толпе Зомби. Но у всех глаза по-прежнему полыхали красным. Был ли вообще Удиде в их рядах? Я уставилась на лапы, высматривая наклейку с бабочкой. Вот она. Ближайший слева от меня.

– Удиде! – окликнула я.

Едва имя сорвалось с моих губ, как двое Зомби, находившиеся в центре группы, подняли две передние лапы. Улыбка сползла с моих губ, я в ужасе разинула рот. И бросилась на землю, закрыв голову руками. Люди всё ещё шлёпали по луже топлива в попытках укрыться в здании школы. Их автомобили продолжали греметь хип-хопом и хайлайфом, фары горели, освещая творящееся безумие.

Зомби сомкнули лапы, высекая две крупных искры. Дзинь!

ФШШ!

***

Я помню свет, жар, запах горящей плоти и волос, крики, переходившие в утробное бульканье. Все звуки доносились словно издалека. Вонь стояла ужасная. Вжавшись лбом в колени, я надолго, очень надолго зависла в этом адском лимбе.

***

Я никогда не буду преподавать музыку в начальной школе. Её здание обратилось в пепел, как и многие посещавшие её дети. Мой муж тоже погиб. Он умер, считая меня шпионкой, братавшейся с врагом… Или кем-то в этом роде. Все погибли. Кроме меня. Незадолго до взрыва примчался Удиде. Он заслонил меня своим силовым полем.

И я выжила.

Уцелел и зреющий внутри меня ребёнок. Ребёнок, которому моё тело позволило сформироваться благодаря чудесной, целительной музыке Удиде. Удиде говорит, что это девочка. Откуда роботу такое знать? Мы с Удиде играем для неё каждый день. Я не могу точно знать, нравится ли ей наша музыка, лишь смутно догадываться. Но в какой мир я её приведу? В мир, где только её мать и Удиде не дают разыграться полномасштабной войне между Зомби и людьми, что их создали?

Я молюсь о том, чтобы нам с Удиде удалось убедить людей и роботов заключить мир, иначе дельта так и будет купаться в крови, металле и пламени. И знаете, что? Вам тоже следовало бы молиться – что, если Зомби приделают себе какие-нибудь плавники, чтобы пересечь океан?