Вот вроде и праздник уже на носу,
Но ещё куча дел, нарезать колбасу.
А хочется жечь и гулять, всех пьяня,
Но всё тормозит

В последний день перед Новым Годом количество рассказов о произошедших за год чудесах превышает все разумные пределы. На следующее утро прихотливо замешанный в желудке коктейль из оливье с шампанским, отполированный селёдкой под шубой, возвращает граждан к суровой реальности. Прошлогодние чудеса кажутся уже несвежими, как бутерброд с подсохшей икрой, хотя прошла всего одна ночь. Собраться на сотворение новых решительно мешает необходимость съесть и выпить оставшийся пейзаж на столе, чтобы собраться с силами и начать продуктивно отдыхать.

Любой уважающий себя блогер обязан перечислить длинный список достижений за год, чтобы убедить всех, что он тут главная вишенка на торте. В оптимистичном финале манускрипта заверить, что они могут так же и вот ссылка на урок "как стать звездой на макушке ёлки на следующий год", всего за полцены. Урок должен включать в себя поиск болевых точек аудитории и варианты как надавить на них максимально высокохудожественными способами. После этого, во втором уроке со скидкой для купивших первый, вы научитесь прикладывать подорожник к отбитым местам благодарных подписчиков и они сразу проникнутся к вам доверием.

Мои достижения за год сложились в покупку новых джинсов, решительную победу над мышами в гараже, две новые лопаты и блог на Пикабу. Огурцы, засоленные по проверенным рецептам пикабушников, ведут себя мирно и доверчиво смотрят на меня из банок. На всякий случай я опасаюсь, что они затаились и попросятся на выход только после попадания в организм. Затея с переездом удалась, бонусом к душевному равновесию добавив ещё один ремонт. Организм намекнул, что такое количество ремонтов на один квадратный метр женщины он уже не вынесет, но пообещал красивые бицепсы в стиле раннего Шварценеггера и нарастил умение ставить доводчики на двери. В честь Нового Года я абсолютно бесплатно скажу вам, что вы тоже так можете.

Не могу пропустить этап благодарностей, временами потирая отбитые в комментариях почки. Все участники нашего кордебалета записаны по пунктам, включающим в себя обещание накормить исключительно полезными для красот женского организма пышками в Питере, забежать с дружеским визитом в секс-шоп и наконец-то получить обещанные Белперы (если что, я помню, но тормоз). И так же жду моих любимых сообщателей о котолампах в комментариях.

С наступающим, товарищи! Пока чудеса ещё свежие. )

Мужчина 36 лет

— Десять месяцев назад я оказался в самом центре урагана и выжил, - абсолютно безжизненным голосом заявил клиент, интеллигентного вида мужчина с проседью в волосах. – Но, если честно, живым я себе не особо чувствую…

— Пожалуйста, расскажите о том, как это произошло.

— Я работаю в крупной строительной компании – мы строим элитное жилье по всему свету. Заказов уйма, правда есть одно «но» – очень часто приходится летать на переговоры с клиентами, поэтому контора содержит целый штат переводчиков на все случаи жизни. Раньше привлекали людей со стороны, но после нескольких казусов и случаев недопонимания, решили, что дешевле нанимать и содержать собственных профессионалов.

— И вы один из них, - догадалась я.

— Свободно говорю на немецком, голландском и датском, - с чувством собственного достоинства ответил Юрий. – Возвращаясь к тем событиям, скажу, что у нас появился довольно солидный клиент, который хотел чтобы мы построили ему скромный четырехэтажный домик с видом на море, причем не где-нибудь, а на острове Сен-Мартен – это в Карибском море.

— И вас взяли на переговоры?

— Остров разделен на две части: одна принадлежит Франции, вторая де-юре – Нидерландам. Как раз в ней нас и ждал клиент, желания которого я должен был интерпретировать на русский. Полет оказался не из легких: сначала в Париж, затем Пуэнт-а-Питр, это очередной французский остров на Карибах, и только после этого в Сен-Мартен. Честно говоря, я вышел из самолета на ватных ногах и полдня не мог прийти в себя, хотя уже был привычен к долгим перелетам. Просто обычно клиенты заказывают жилье в более популярных местах, вроде Лазурного берега или Альп, а туда добраться в два раза легче.

— Как прошли переговоры?

— Успешно, и даже больше того – мы заключили сразу два контракта: с клиентом и его шурином, собравшимся заиметь нечто похожее и себе. Шеф по такому случаю решил отметить это дело, и мы на целые сутки задержались на острове, обмывая успех шампанским и закусывая местными деликатесами. Одна из самых приятных частей в моей работе, вот только в тот раз я был бы рад закончить все гораздо быстрее и отправиться домой…

— Вас накрыл ураган?

— Они назвали его Ирма – это был циклон, максимальной, самой разрушительной категории, - холодно ответил он. – Что самое ужасное, это то, что она сформировалась и набрала силу очень быстро и власти пострадавших регионов не успели как следует подготовиться. В аэропорту отменили все рейсы и нас отправили отсиживаться в отеле. Но увы, не предупредили о том, что именно нас ожидало.

Это был кошмар наяву – ветер бушевал долгих четыре дня, два из которых оказались самыми худшими в моей жизни. Разгулявшийся ураган крушил все на своем пути: деревья, дома, машины, стоящие в гавани корабли. Прямо на моих глазах погибали люди, а я ничего не мог с этим поделать. Уши заложило от бесконечного страшного воя и грохота разваливающихся стен. Слух пришел в норму только где-то через полгода после этого…

Наш пятизвездочный отель вывернуло наизнанку, а верхние два этажа сложились как карточный домик. Трое из тех, с кем я прибыл на Сен-Мартен не пережили этого, да и я бы наверняка не уцелел, если бы не догадался спрятаться в подвале. Это было рискованно, поскольку меня вполне могло придавить разрушающееся на глазах здание, но лучше так, чем то, как погибли остальные – быть за мгновение сдутыми наружу очередным порывом ветра. Я забился в угол, закрылся каким-то тяжелым металлическим шкафом и ждал, в надежде что все это кончится. А ураган и не думал прекращаться: он ревел, стонал, бился и стучал, - но все равно продолжал уничтожать несчастный остров и нас всех вместе с ним.

Я совершенно сбился со счета и не мог понять, что сейчас – день или ночь? И сколько времени прошло, с тех пор как начался ураган? В какой-то момент я начал терять сознание от недостатка еды и воды – на самом деле в подвале наверняка можно было бы найти что-то съестное, но я боялся даже пошевелиться, опасаясь, что на меня что-то свалится или по дороге случится что-нибудь еще хуже. По итогу, я все-таки вырубился, не выдержав напряжения.

— И когда пришли в себя – ветер уже стих?

— Нет, он продолжал дуть, но уже не так сильно – его бы не хватило на то, чтобы сдвинуть даже человека. Кто-то плеснул мне в лицо холодной водой, и я тут же проснулся, но сразу же ощутил боль в ногах. Тот самый шкаф, что оберегал меня все это время, таки слетел с петель и упал, прищемив мне ступни. По счастью, я обошелся без переломов, но ходить смог только через неделю. Я смотрел на лицо неизвестного мне человека в оранжевом жилете и не понимал, что он мне говорит – из-за всего пережитого я не смог разобрать ни слова. В конце концов спасатели вытащили меня из-под завалов и на носилках отнесли в лагерь, где мне пришлось ждать почти полдня, прежде чем врачи смогли оказать внимание моим ногам. Я не мог их винить в этом – вокруг находилось столько людей, чьи раны были намного хуже моей. У меня перед глазами до сих пор стоят страшные сцены, вроде той, когда на виду у всех пострадавших, молодой девушке-европейке – видимо туристке, ампутировали раздробленную и обезображенную ногу. Ее крики и перекошенное лицо были ужасны…

— Честно говоря я не помню, чтобы у нас в новостях активно освещались эти события.

— А чего там освещать, - фыркнул Юрий. – Во-первых, это далеко от нас, а во-вторых, ну пострадали несколько островов, так они каждый год страдают – одним ураганом больше, одним меньше, они же привычные небось, типа как японцы со своими землетрясениями. Это было все лишь очередное недоразумение, каких много случается на нашей планете каждый год.

Но я на всегда запомнил тех, благодаря кому сумел выжить: Венесуэла, хоть и сама пострадала, но первым же делом отправила спасателей на близлежащие острова чтобы помочь тем, на кого обрушилась вся мощь стихии. Когда я узнал об этом то понял почему не мог разобрать слов своего спасителя – он говорил на испанском. С этими людьми я пробыл еще полторы недели, улететь было невозможно – аэропорт принцессы Юлианы был уничтожен так же, как и все на Сен-Мартене. В конце концов мне удалось доплыть на спасательном судне до Каракаса и после этого, спустя несколько дней долететь до родного Петербурга.

— Но жизнь после катастрофы уже не казалась вам прежней?

— Что-то внутри меня умерло там, в подвале на острове и никак не хотело возвращаться. Еда потеряла вкус, жена начала казаться какой-то чужой, а люди на работе стали ужасно раздражать. Но хуже всего то, что я потерял инстинкт самосохранения – так, будто я снова хотел оказаться на грани жизни и смерти.

— Вы начали рисковать жизнью?

— Это мягко сказано… Мы ведь все знаем что можно делать в большом городе, а что нельзя. Так вот это вот «нельзя» словно исчезло куда-то: проехать на красный свет – легко, подойти и высказать какому-нибудь бугаю все что я о нем думаю – без проблем, прогуляться по опасному району ночью – с удовольствием. Казалось бы – жизнь дала мне еще один шанс и нормальный человек стал бы ее ценить в два раза пуще прежнего, но со мной все случилось совершенно наоборот.

— Только рискуя, вы начали чувствовать вкус к жизни, - предположила я.

— Да! Я знал, что вы поймете! – с жаром воскликнул мужчина. – Это моя единственная радость в жизни, и я словно наркоман иду за очередной дозой. Но мне жаль моих жену и родителей – они не должны страдать из-за меня. Поэтому я здесь – чтобы научиться жить без всего этого. Я понимаю, что вернуть прежние времена уже не получится, но может хотя бы что-то, прошу вас, помогите…

Заход на вторую зиму с гаражом искренне радует. Перед первой зимой, как я уже писала, дверь была гнутая с офигенной щелью и заделана на скорую руку тем, что придумалось. В эту подготовку к зимовке дверь была выпрямлена, обшита экструдированным пенополистиролом и поверху пущена прошлогодняя отражающая изоляция внахлёст на пол, потолок и стены. В районе двери повешен плед, как буфер для холода при открытии двери, плюс мощные гаражные шторы, хорошо изолирующие тепло. Получается немного прохладный тамбур, но при входе-выходе гараж почти не выстывает. В морозы за -30 без дополнительного подогрева температура в гараже держалась около +15 градусов, когда потеплело до -20, внутри было около +17-18 градусов. По теплу, я считаю, полёт нормальный. И из крана всегда приятно горячая вода течёт. Весной осталось провести питьевую воду и

Моя транссибирская магистраль труба, которая писалась под себя лужей, даже после замены ржавого куска (привет сварщику), течь перестала от слова совсем. Система замешивать что-нибудь цементное на соплях на Cemmix CemAqua и обляпывать текущий кусок слой за слоем, оказалась удачной.

Вендетта с мышами заходит на последний виток битвы - дырки в стенах заделаны наглухо, замурованная в гараже распоясавшаяся банда отловлена методами, далёкими от гуманизма. То есть всем, что под руку подвернулось. Периметр заминирован картонками с клеем, проходы между картонками перекрыты мышеловками. По углам рассованы брикеты в ассортименте, радующем даже самую искушённую мышь. Теперь мы вышли на уровень супер-босса - остался последний, тёртый жизнью и видевший всё аксакал, упорно обходящий все ловушки. Состязание по количеству перешло в состязание по качеству. Он хитёр, я коварна. Мы наблюдаем друг за другом, я придумываю новые ловушки, он их обходит. Я добавляю вкусняшек, он говорит что аскет и ему много не надо, он лучше тут посидит.

В лес нифига времени выбраться нет, а самое время - снега мало, следы должно быть видно хорошо, кто куда там ходит.

Июль 94ого. Где-то в средних числах у меня там седьмой день рождения.
И дарят мне Денди. И делится жизнь на до и после. Пронёс к этому чуду техники сквозь года самые тёплые чувства.
Со временем интерес не пропал, но трансформировался в нечто иное с поправкой на любовь к рукоделию и приобретённую профессию.

Здравствуйте!
Делать будем корпус для картриджа.
Есть голая платка. Там одна игра. PacMan. Ну это я так думал.

И нарисовал я корпус. И вырезал я корпус. И всё было хорошо. И оказался PacMan на другой плате.

Теперь поясняю. Плата, под которую изначально проектировал, с маленькими вырезами по бокам для фиксации, а та, которая нужна - без вырезов и вообще короче.
Придумал вот такой «добор». Из жёлтого текстолита вырезал пару пробных, чтобы с лёгким приятным щелчком собиралось.
А вот чистовую деталь изготовил из нерабочей платы от неизвестного прибора.

Выглядеть стало довольно индустриально. Собственно и с игрой у меня такие же ассоциации. Какая-то она для меня техногенная на уровне внутренних ощущений.
Но как-то голо, хоть и пёстро.
Бахнем гравировочку

И опять не хватает. Докинем немного латуни

И вот такую пуговку, чтобы неприглядное отверстие в плате скрыть

Вот теперь можно и собирать

По буквам прошёлся бормашинкой.

И повёз домой. И вставил в приставку. И стало опять хорошо

У него было две половины жизни и две женщины в них, с одной он прожил сорок лет, с другой пятнадцать. Высокий моряк, под два мера роста и с белозубой улыбкой, он женился на редкой красавице с пылким характером. Они родили сына и дочку, ездили на рыбалку, ходили за грибами. Ссорились и мирились, за сорок лет жизни хватает всякого, хоть черпай ложкой. Они прощали друг друга, она не простила только одного - когда он однажды ушёл к другой. Оставив всё, начав жизнь заново. Юная и ветреная, она прожила с ним пятнадцать лет. Они ссорились и он уходил, через время начинал беспокоиться: "Как она там без меня?" И всегда возвращался.

- Зачем она тебе? Живи спокойно. - говорили ему. А он возвращался туда, в их съёмную квартиру, он оставил всё в своей первой половине жизни. Во второй была только она. Их ссоры и примирения, её слова: "А я и не знала, что такие мужчины бывают."

Первая жена ждала, что он пожалеет. Вторая - просто жила. Они встретились на похоронах. Родственники и друзья стояли под хмурым небом, ёжась от зябкого октябрьского ветра, провожая его в последний путь. "Кремируем, она была против. Но кто её будет спрашивать, мы его семья" - говорили они. У неё всё равно не было денег. Она продала то, что было - машину, срочно, за бесценок. Но всё уже решили без неё, всё было сделано, просто гадали - придёт, не придёт.

Она пришла. Она шла, не глядя по сторонам и все расступались перед ней, отходя в сторону. "Вон она, ты её ещё не видела?" - взгляды искоса, шёпот в полунаклоне. Она прощалась с ним по-своему, трогая за руки, поправляя покрывало. "Хочет что бы всё было по её." - передавали друг другу на улице. Ушла молча, не сказав никому не слова, растворилась в октябрьской хмари навсегда. "Хотела показать какая гордая." - говорили ей вслед. А я стояла и думала - господи, сколько же ей нужно было сил, чтобы прийти сюда.

Что мы знаем о любви? О двух половинах жизни, любивших и ненавидевших, ссорившихся и мирившихся? О детях, заступающихся за мать, об одинокой женщине, проходящей перед нами? У каждого здесь своя правда, правдивее которой не может быть ничего. Свои половинки жизни.

ПОВТОР

Дамы и госпада, вся сила Пикабу. Давайте поддержим пост. Давайте поможем друг другу. Пусть животные не останутся без присмотра! Пусть не появятся новые бездомыши, если в сложной ситуации их некуда деть!
Если вы готовы приютить животинку, пишите пожалуйста в коментариях к посту Домашние питомцы во время призыва. Не забывайте указывать город. Спасибо

Дамы и госпада, вся сила Пикабу. Давайте поддержим пост. Давайте поможем друг другу. Пусть животные не останутся без присмотра! Пусть не появятся новые бездомыши, если в сложной ситуации их некуда деть!
Если вы готовы приютить животинку, пишите пожалуйста в коментариях к посту , на который я ответила. Не забывайте указывать город. Спасибо

Я в кои-то веки тоже готова рассказать о своём шраме и своих комплексах. Он, может и небольшой, по правилу ладони на 1% потянет, но весьма заметный, потому что на лице.

Есть ещё два, на бедрах, от заборов донорской кожи для пластики, по площади даже больше, потому что ноги растут больше, чем лицо. Но это так, к слову.

Обожглась я в 1989 году (это чтобы понять и степень моей древности, и возможности медицины в уездном городе N). У меня даже фоток без шрама нет. Вот эта сделана летом 89-го - мамочка, папочка и Estedel, а под чепчиком видно красное пятно.

Но к советской медицине, кстати, претензий нет. Жива осталась - и слава богу. Я тут недавно нашла письма мамы к папе как раз того периода - так это ж жесть была! Две недели перевязок без операции, лечение облепиховым маслом, открытая раневая поверхность, две пластики, потому что лоскут не сразу прижился... В общем, не зря говорят, что нельзя читать чужие письма.

Не о том. В самом детском детстве я не парилась по поводу внешности. Во-первых, потому что мне-то лица не видно и шрам на глаза попадается только в зеркале. Во-вторых, потому что у детей две крайности - либо ты урод и изгой, либо им пофигу, и мне везло на второе. А в-третьих, вокруг меня, видимо, были тактичные взрослые, которые не акцентировали на шраме внимание. Утюг укусил, вот и весь рассказ.
Находились, конечно, доброжелатели, пытающиеся назвать "палёной рожей". Но в детстве такие обиды решаются или дракой (редко), или громким ревом, и мама или бабушка наругают хулигана (чаще). Да и вообще в детстве обиды легко забываются.

Было мне лет 11 или 12, когда я впервые поняла, что что-то не так. В детском лагере воспитательница, глядя мне в лицо, разохалась: "бедная девочка, как же ты будешь себе мужа искать?". И я задумалась, а действительно, как? Я же не такая, как все. Возможно, даже некрасивая.

Просто для сравнения: воспитательница выглядела как Василий Меркурьев в роли Мальволио, только баба. Такой же нос, такая же прическа, только усы поменьше.

То есть, она-то была реально некрасивая. И, видимо, чтобы не страдать в одиночку, решила поделиться комплексом с ребенком. Очень удачно поделилась! Я рыдала всю ночь - и потому что некрасивая, и потому что мужа не найду (главная беда в 11 лет), и потому что очень хотелось к маме, которая бы не дала в обиду. Но мамы рядом не было, это был первый день смены.

И дальше в жизни начался период гадкого утёнка. Но только в сказке утёнок становился прекрасным лебедем, а я уже понимала, что мне белые перья на месте шрама не светят. Пластическая операция всегда представлялась чем-то заоблачно дорогим и для семьи невозможным, а закрасить шрам тональником не получалось - кожа все равно неровная и улучшить получалось только вид на фото и только анфас.
И да, в подростковом возрасте я все свои проблемы валила только на личную некрасивость. Не берут в школьный спектакль - это из-за шрама. Не берут на конкурс красоты - это из-за шрама (вот тут, кстати, вероятно правда). Все подружки при мальчиках, а я нет - ну точно же из-за шрама (а не из-за характера ершистой самоуверенной ботанички, нет-нет). И слезы были, и обвинения родителей, и уходы в себя...
Вот тогда я реально себя стеснялась. Пряталась от фотокамеры, отказывалась от коротких юбок и стеснялась показываться в купальнике (помним про шрамы на бедрах).

При этом, как ни странно, у меня было много друзей, хорошие отношения с учителями, хорошие оценки. И конечно же не включалось осознание, что если друзья любят меня всякой, со всеми моими шрамами и тараканами в голове, то не во внешности дело.
Я даже играла в детском театре, выступала на городских праздниках. Со сцены и под гримом, конечно, шрамов не разглядишь, но тут тоже комплексы как-то отключались.

Шакалистое фото прямиком из театра. Я - та, что с бантом.

Короче, вот. Через тернии я все такая же некрасивая и нецелованная поступаю в другой город в медицинский. Расходятся пути со старыми друзьями, наступает время искать новых.

И случается удивительное. Новое место - это новые социальные связи, без багажа старых стереотипов. А какой-никакой жизненный опыт (в 17 лет он все же больше, чем в 11) подсказывает, что можно хотя бы самой не говорить всем, что считаешь себя некрасивой. Хотя ещё не подсказывает, что можно считать себя кем хочешь, хоть вертолетом апач. А ещё оказалось, что к лицу со шрамом прилагается грудь дофига какого размера, и она во многих случаях заметнее, но это уже другая история.

Еще более шакалистая фотка с первого курса

Скоро сказка сказывается, да не скоро психологическая работа по принятию себя делается. Всё-таки думать "я нормальная" я начала курсу к третьему. Когда поняла: тем кто рядом не важно, как я выгляжу; а тем, кому важно, нечего делать рядом.
Думать "я красивая" стала ещё позже, когда нашелся мальчик, готовый говорить это каждый день. Простите, подруги, прости, мама - вы все тоже это говорили, но поверила я только ему. Дурная женская логика.

Но и это все дела минувших дней. Мне 33, муж, ребенок, две работы, обе связаны с людьми. Если кого-то в этом мире и волнует мой шрам, то он об этом молчит, потому что невежливо говорить взрослым тётям про дефекты внешности - тётя и стукнуть может. Ну и меня он тоже не волнует последние примерно 10 лет. Что приятно - без эстетических операций, татуировок и психотерапевта. Принятие далось трудно, но полностью бесплатно.

А ещё, и это самое главное, у моей дочери самая красивая мама на свете (она сама так сказала). Остальное - фигня.

P.S. Если это читают мои друзья и ты, Оля - знайте, ребята, вы клёвые! И без вас я не стала бы такой, какая есть. В том числе, не смогла бы себя принять.

Куда ни плюнь, всё везде вдруг стало вредным. «Раньше не так жили, раньше лучше». Одну гудроновую жвачку всем двором жевали, и никто не думал из чего этот гудрон состоит, за каким гаражом валялся, и какой вафлей был Вася, жующий её до тебя. Ртутные градусники разбивали чтобы посмотреть как шарики катаются. С велика упал, домой страшно было идти, потому что родители ещё люлей добавят за разбитые коленки. А сейчас все такими нежными стали…

Вокруг летают всякие диоксины, обладающие мутагенными и канцерогенными действиями. Во всех продуктах сплошные пестициды, тяжёлые металлы, фосфаты, ГМО, антибиотики и прочее гавно. Иногда так и хочется накрыться белой простынёй, да и топать сразу на кладбище.

Воду кипятить дважды нельзя, там чё-то вредное выделяется. А выпивать «по праздникам» можно, вино так вообще полезное. Зомбоящик смотреть нельзя, он него тупеешь, а вот тик-ток – совсем другое дело, интеллектуально и с пользой, можно научиться все ноты отрыгивать. Помните, как взрослые всегда говорили, что от телевизора мы отупеем, а потом оказалось, что не мы…

Это вот полезненько, оно без глютена, зато с биодобавками и бифидобактериями, не знаю что такое ни то, ни это, но все говорят, что так надо! Блин, люди, вы сидя проводите 16 часов в сутки, остальное время лёжа. Для вас 2000 шагов – это повод выставить скрин в сторис, когда шагомер выдаёт «у вас новый личный рекорд», зато потом 3 дня поясница ноет. Вы курите чаще, чем сексом занимаетесь! Зато маски от коронавируса носим, страшно же.

Люди боятся любых непонятных слов, значения которых они не знают. В продукты добавлять нельзя даже то, что организм САМ синтезирует. Ведь так «в одной научной передаче сказали». Нахер послать некого, сразу психологическая травма!

Сейчас докопаться можно до чего угодно. Даже на самокате вредно ездить, ведь там стоишь боком, позвоночник скручивается-перекручивается, отсюда вальгус, плоскостопие и геморрой. Раньше с зелёных соплей на велосипеде Урал под рамой ездили (кто знает, тот поймёт), и никто кривым-косым не вырос.

Выводы:

- как говорится, жить вообще вредно, от этого умирают! Но суть в том, что вредно не наличие «вредного», а отсутствие «полезного» в жизни. Несколько глупо думать о том, сколько «глутамата натрия» в этой «булочке», когда человек ведёт сидячий образ жизни, курит, бухает, и спит по 6 часов в сутки;

- подбери сопли, и «не очкуй, Славик!».

Всем добра!

Источник: https://vk.com/sportivnye_sovety?w=wall-143335632_52181

Итак, на дворе гулял коронавирус. Паспорт уже был, а вот документов на оружие не было - "Вот пандемия всех доест, тогда откроемся." - сказали они. Заказчики по дизайну пропали, а я с горя училась варить пиво и сыр. Заначка таяла на глазах, учиться нужно было быстро. Да не вопрос! Включаем турбонаддув и постигаем науку.

Начинал образовываться круг людей, интересующихся пивом и сыром со словами "да, блин, мы и в Европе такого не пробовали!". Жизнь играла новыми красками. Случайно услышанные слова "сырные трюфели" были интригующими. А почему бы и нет? Копаем интернет, компилируем информацию, учимся работать с шоколадом. "Это бомба!" - сказал народ. Я варила, темперировала, изобретала, изучала маркетинг и копирайтинг в свободное от безделья время. С дизайном проблем не было - надизайнил, напечатал, готово.

Коронавирус не дремал. "А если дустом попробовать?" - это был провальный Новый Год почти для всех. Вокруг царили тоска и уныние, мигающие новогодними огоньками и бренчащие шариками. Заказов хватало чтобы держаться на плаву. К весне стало понятно, что нужно придумывать что-то ещё, чтобы пережить апокалипсис и не прожрать микроскопическую заначку на гараж.

Содержать бойцовый гоночный турбодизель было решительно не по карману. Может, кто-нибудь и купит верного битого жизнью друга? Я выставила его на продажу. Проблем это не решало.

"В уютный магазин крафтового пива требуется продавец." - да блин, а почему бы и нет? Два шага от дома, а уж о пиве я знаю всё.

- Продавцом работали? Что делать с кранами знаете? - спросили меня.

- Никогда! И ничего не знаю! - я честно смотрела в глаза.

- Завтра выходите. - мне показали, куда поворачивать краны и где лежит рыба.

Я стояла в стекающей пене. Краны издевались, плюясь пивом. "Четыре смены, четыре выходных!" - напоминала себе я - "Займёшься своими делами." Да блин! Уютный магазин  постепенно приобретал чёткие формы пивнухи с хозяевами-раздолбаями.

- Мы тебе сменщицу нашли, ты только не пугайся. Хочется лояльного отношения к людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию.

Сменщица, отсидевшая девять лет, обнесла магазин и скрылась в неизвестном направлении через месяц. Магазин был разгромлен.

"Надо валить." - на дворе буйствовало лето, заказы пропали совсем. Все кашляли и обходились без нюха, включая хозяев магазина.

- А мы тут решили, что уже год инвентаризацию пива в кегах не делали. Будем считать. - они наконец-то появились на пороге магазина. Интересный подход. Ну, считайте.

Подсчёт был печальным. Сменщица лила пиво на сторону рекой, предыдущие работники не отставали, у хозяев была добрая традиция "накапать себе на праздник". Моё грозное: "Куда несёшь, сюда пиши, что налил!" - симпатий у них не прибавляло.

- В общем, мы тут посчитали. - мне под нос блямкнула сумма недостачи, причитающаяся с меня.

- Эт чё? - мне было интересно, когда я успела нагрешить на такую сумму.

- Ну, мы проверили, у тебя всё чисто. Но с тех, кто был раньше уже не возьмёшь, вот и поделили вам со сменщицей по количеству отработанных смен.

"Ухтыжблин!" - восхитилась я.

- А ничё, что я тут три месяца работаю, а подсчёт за год?

- Ну, так получилось. Ты выходи на работу, а мы тут разберёмся! - они манили меня в поле красными труселями.

- А давайте наоборот - вы разберётесь, а я потом выйду? - я сидела в норе и высовываться не собиралась.

Впереди маячила осень, в кармане было пустовато. Заначка на гараж намекала, что она маленькая и её хватит на несколько булочек. Джип продался за полцены, зато быстро. Без машины решать рабочие вопросы было невозможно, моя новая симпатичная Мазда Демио, собранная из шпатлёвки и пены, радовала вентиляцией через ржавые бока и пугала окружающих на дорогах. Зато стоила изумительно дёшево и ездила из пункта А в пункт Б. Вопрос за покушать стоял уже остро.

"Хрен тебе а не гаражи покупать и фигнёй заниматься!" - коронавирус уже ржал в голос.

"Ну, блин!" - уже привычно подумала я и налила кофе. Может быть, кому-то нужна заноза в заднице на работу? Я задумчиво жевала кусок сыра из пока никому не нужных запасов. Через три дня планировался отъезд в поля, самая бюджетная путёвка была уже куплена. По возвращении меня ждала дырка от бублика и небольшая заначка на гараж, на которой я крепко сидела попой.

"В секс-шоп требуется шустрый и неравнодушный продавец-консультант." - объявление было выложено только что. Писать резюме? Про дизайн и хаос? Я писала эссе. Я осыпала себя бриллиантами достоинств и украшала виньетками преимуществ, я пела оду самой себе на одном дыхании. Отправить, выдохнуть, пойти проветриться. Рассмотрение неделю, пока протянут время, пока туда-сюда, я как раз вернусь.

Через час дома меня ждал ответ. "Мы восхитились, изумились и очень хотим познакомиться." - было написано там. "Но вы забыли написать, как с вами связаться, позвоните!" Блин! Точно, в процессе я несколько увлеклась.

- Мы ждём вас завтра, сразу с утра! - прозвучало в телефоне.

Неожиданно начинать собеседования - это мой конёк. На одно я впала, зацепившись костылём за порог. Меня тут же взяли на работу от неожиданности. Успех стоило закрепить.

- Я уеду через два дня, это не обсуждается. Если что, я пошла! - это был решительный ход в сторону завоевания доверия работодателя.

- Нет! Мы ждали именно вас, выходите на обучение на два дня и езжайте, куда хотите. Продолжите, когда вернётесь. - о как.. Метод внезапности работал.

Переваривая  экстерном впитанные знания по сексологии, я вышла на работу в секс-шоп. Жизнь начала налаживаться. Коронавирус сдался, теперь вы знаете, кого стоит благодарить. ) Гараж мечты подвернулся внезапно, за смешные деньги, этой же осенью. Там чудесная тёмная мокрая комната за маленькой дверцей, писающая труба и замечательные Печеньки, шныряющие по углам.

В индийском кино герой преодолевает трудности не прекращая петь и плясать. Когда пою я, мухи дохнут в полёте от ужаса, так что молча пляшем дальше.

"Хрень какая-то и хаос." - скажете вы, а я соглашусь. Просто я уже привыкла. Мои хроники пикирующего дизайнера - продавца секс-шопа начались, когда из Китая эхом донесло ещё малознакомое слово "коронавирус".

Я работала дизайнером интерфейсов, соцсетей, полиграфии и всего красивого в известной конторе. И мы плотно зависели от наших китайских поставщиков. Сначала всё схлопнулось в Китае, а потом и в офисе. Увольняли целыми отделами. Народ выходил на крыльцо покурить, а потом шёл на выход с вещами. Выжившие нервничали, в офисе висело ощущение апокалипсиса.

Я тоже попала под раздачу. "Отступные" немного грели душу, но их было не так уж много. Первый вечер выдохнуть, а потом уже думать, что дальше.

Звонок телефона оторвал меня от просмотра вакансий и шуршания по фрилансу. Шёл первый день без работы.

- Я ваш новый участковый, хочу проверить сейф с оружием и документы. Вечером забегу.

- Да не вопрос, всё в порядке. - я пошла проверить так ли это. На всякий случай.

Через пять минут я металась по дому, переворачивая всё вверх дном. В тоске и печали от увольнения я куда-то засунула паспорт. С доками на оружие. Зашибись! Усы, лапы и хвост, вот мои документы. Но участковому они не понравятся.

Я ушла в бега, шныряя по двору только кустами и стала неуловима. Участковый был настойчив и гонялся за мной.

Восстанавливая паспорт, я нарабатывала базу заказов по фрилансу. Под крыло был взят лакокрасочный завод, флористическая студия, мастерская сыродавленного масла, студия фитнеса, и немного путешествия Камерзанова в Африку.

Участковый гонял меня, я бегала. Паспорт был готов, пора сдаваться в ЛРО. И тут накрыло уже по-настоящему.

"Коронавирус" - гремело отовсюду. "Из дома не выходить, всем носить цаки!" - заказчики озадачились и пропали, они тоже не знали, что будет дальше. По домам ходить стало не модно, и участковый плюнул за мной гоняться. Своих забот хватало.

Нужно было снова что-то придумывать, денег без заказов больше не становилось. На соседней школе каждые полчаса включали сирену и громкоговоритель орал о том, что пришёл апокалипсис. Накрывало глобальное ощущение ужаса.

"Да блин, что за фуфло варят!" - с горя я купила баночку пива, утро было так себе. Выли сирены, а я купила пивоварню и училась варить пиво. Тут-то всё и понеслось.

Куда? А вот:

1. Я научилась варить отличное пиво и отожгла на пивном фестивале.

2. За это время я отучилась в школе сыроделов и варю настоящий сыр.

3. Научилась работать с шоколадом и разработала свои рецептуры сырных трюфелей. Попутно приблудились шоколадные бомбочки и прочие шоколадки.

4. Сделала бомбические бальзамы для губ. Казалось бы, пустяк, но реально заживляют за 1-2 дня. Аптечные нифига не помогали.

5. Устроилась на работу в секс-шоп.

6. По-прежнему иногда занимаюсь дизайном. Иногда. По большой любви.

7. В период разгула коронного апокалипсиса продала джип, а чуть позже купила гараж.

8. В планах - ремонт гаража к осени своими руками и оборудование его под свои цели. Вот тут как всегда - бардак и хаос. Ну, как я люблю.

Денег нет, но гребём дальше! Чего и всем желаю.

После двухдневной смены в сeкс-шопе всегда изумляюсь выходным, а после выходных с удивлением выхожу на работу. Переключение из защитника сeкс-фрона в грузчика-каменщика и тягловую лошадь и обратно всегда даются не просто - каждый раз офигеваешь как в первый.

Как провести выходные с огоньком? Если вы не знаете, то обращайтесь.

Как начать ленивое выходное утро, норовящее стать беговым выходным? Вернуть шевелюре огненно-рыжий цвет. Чтобы вот так - выходишь ты на летнее солнце и всё. Жизнь замирает. "Что, расслабилась?" - подумали ровно через сорок минут коммунальщики и отключили горячую воду.

Это очень неприятный момент - ты рыжий, но с очень замёрзшей головой, потому что выбора нет. Или греть воду, но за это время вполне можно облысеть от краски, или ныряешь под ледяной душ.

Зато взбадривает. Потому что хочется бегать, чтобы согреться.

Поэтому в одну руку контейнеры (вечно забываю помыть, а они нужны), в другую двадцатилитровый бидон из-под молока (потому что не забыть вернуть),  на спину любимый рюкзак (потому что без него никак), в третью руку собаку (потому что её нужно вывести). В четвёртой и пятой руках пакеты чтобы разобрать.

И бегом. В гараж, потому что там ремонт. И должен появиться электрик, чтобы сделать нормальную проводку, а не как всегда.

В гараже я никогда не фея. Я, как нормальный мужик, в майке и камуфляжных штанах. Галоши на резиновом ходу и общая угвазданность монтажной пеной, цементным раствором и растворителем. Палец, перемотанный синей изолентой и пучок ярко-рыжих волос, декорированный серой краской для батарей. В общем, вливаюсь в пейзаж и гаражный коллектив.

Электрик, добравшись до меня, сознался что абсолютно не помнит, о чём мы договаривались. Про десять метров кабеля - помнит, а дальше как бабка отшептала, куда мы его хотели деть. При словах о заземлении мне сказали, что заземлять некуда. Если кинуть на трубу, то соседей будет бить током. Когда придут жаловаться они, то ещё нормально. А если появится сразу полиция, то жизнь станет интереснее и вопросы будут занимательнее.

Электрики очень занятые люди. В выходные у них дача, в будни работа. А потом ещё одна работа, занимающая вечер. Поэтому ты в график не вписываешься со своими несчастными двумя розетками, выключателем и заземлением. Сторговались на двух розетках.

Заземление решили кинуть в яму. Я там ещё не была. Мой гараж напоминает средневековый замок и с потайной комнатой. В комнате всегда мокро и темно. Наверное, там могли бы жить привидения, но им сыро. Так что там живут милые многоногие сколопендры, с которыми друг друга любим и уважаем личное пространство. На дне этого убежища есть яма, задуманная как погреб. Во времена строительства мира её отделали досками и потом туда никто не заглядывал, только издалека зашвыривали в неё ненужные строительные вещи. Меня послали в яму, чтобы узнать размер и изучить грунт.

Вооружившись мастерком, чтобы не тащить большую лопату, стремянкой и телефоном в зубах, я сиганула в яму, и сразу утонула по колено в мусоре и упавших досках. Декоративности образу добавила капавшая сверху вода, намазавшаяся сбоку грязь и ободранное о кирпич плечо.

- Ну чё там? - сверху из темноты возник электрик.

Я копала в поисках дна и иногда вписывалась головой в потолок. В топоте ног убегающих сколопендр слышалось: "Ну что началось-то? Нормально же жили!" На дне была глина.

Вот интересно, после заземления в эту яму меня сразу будет фигачить током, или только при близком контакте?